Русский язык в татарстане последние. Языковой "день икс" для татарстана

Ильнар Гарифуллин

Татарстан в последние несколько месяцев стал все чаще появляться в федеральной политической повестке. Сперва была короткая эпопея с Москвы продлевать Договор с республикой. Затем начались «языковые» баталии, начатые после высказывания В. Путина на совещании в г. Йошкар-Оле 20 июля 2017 года, о том, что обязательным языком для изучения может быть только русский язык, и никого нельзя принуждать изучать неродной язык. Для тех кто «в теме», было понятно, что данное высказывание касается преподавания государственных языков в национальных республиках РФ. Парадоксально, но под это никоим образом почему-то не относили иностранные языки, которые изучаются в школах без всякого на то желания родителей. Но таких парадоксов как выяснилось потом, было немало.

Здесь стоит вначале рассмотреть, что называется, технический аспект проблемы. Проблемы начались в 2007 году, когда Госдума приняла федеральный закон №309 под названием «О внесении изменений в части изменения и понятия федерального государственного образовательного стандарта». За длинной формулировкой скрывалась ликвидация национально-регионального компонента в российском образовательном стандарте. В дальнейшем на основе этого закона был создан «Федеральный государственный образовательный стандарт» (ФГОС), который, по мнению гражданских активистов национальных объединений, стал могильщиком национально-регионального компонента в системе образования. Никаких русскоязычных «родительских комитетов» против изучения региональных языков до этих реформ не было.

Вообще проблема ФГОСа в том, что в пункте, касающемся национального компонента, имеется на сегодняшний день только предмет «родной язык». То есть там абсолютно не прописан такой предмет как «государственный язык» субъекта Российской Федерации. Но и здесь своя особенность – предмет «родной язык» преподается по желанию родителей и не является обязательным предметом. Что тоже, мягко говоря, не соответствует международной практике, если брать опыт современных многонациональных стран с развитыми институтами демократии, вроде Испании, Великобритании, Канады и т.д. (впрочем, это тема для отдельного рассмотрения). То же касается и мер государственной поддержки региональных языков путем расширения их правоприменительной сферы. В тех же западных демократических государствах никто не считает это недопустимой дискриминацией.

Отсутствие в Федеральном образовательном госстандарте предмета «государственный язык республик РФ» по сути своей диссонирует с 68 статьей Конституции РФ, где прописан пункт о праве республик на принятие своих государственных языков, имеющих такой же статус, что и русский язык. Но зато в содержании ФГОС есть вариант с изучением двух иностранных языков.

После «йошкар-олинского совещания» прокуратура РФ дала предписание своим региональным управлениям начать проверку по результатам распоряжения президента. Как часто бывает в России, ради быстрого отрапортования об «успехах», чиновники рьяно принялись за дело. В Башкортостане, уже после первого общего предписания прокуратуры, министерство образования и глава этой республики Рустем Хамитов объявили об изменениях. Башкирский язык отныне вошел в вариативную часть учебного плана (то есть стал добровольным). В большинстве уфимских школ сразу же выяснилось, что основная масса родителей отказывается от башкирского языка. Причем это касалось и самих башкир. Впрочем, ситуация в Башкорстостане требует отдельного детального рассмотрения в силу ее внутренних сложностей, которые серьезно отличаются от «классических» национальных республик.

В Татарстане же, напротив, руководство министерства образования в лице его главы Энгеля Фаттахова не согласилось с Москвой. Сразу после выступления В. Путина он обозначил позицию своего ведомства: «Распоряжение президента РФ не может касаться нас, т.к. татарский язык, являясь государственным языком Республики Татарстан, преподается в соответствии с Конституцией республики, и региональным законодательством об образовании». Эта принципиальная позиция вызвала неудовольствие у ряда чиновников казанского Кремля, которые попытались использовать это в аппаратной борьбе. Пошли разговоры о скорой отставке своенравного министра.

Но прокуратура республики более послушна «вертикали». Так, с ее стороны под давлением московского начальства уже к концу сентября началась форменная травля директоров школ. Они получили предписания с приказом немедленного (это после начала учебного года) пересмотра учебных планов, сокращения объемов изучения татарского языка и перевода его в вариативную часть. В случае промедления, руководителям учебных заведений и завучам школ грозили уже уголовным преследованием.

Одновременно с давлением прокуратуры началась и информационная кампания. На целом ряде казанских сайтов, ранее постивших «котиков» и расписания праздничных мероприятий, вдруг начали интересоваться языковой проблемой. И материалы «топили» исключительно на стороне прокуратуры и так называемого «комитета русскоязычных родителей», выступающих за отмену обязательности татарского языка и требующих перевода его в разряд факультативных предметов (таких, как курсы кройки и шитья, безо всяких итоговых экзаменов).

В то же время выяснились и весьма любопытные вещи. К примеру основная масса немногочисленных активистов этой организации (которая ныне переименовалась просто в «родительский комитет Татарстана») https://vk.com/rus_rodnoy – это даже не русские, родившиеся в Татарстане, а недавние приезжие из других регионов страны , не имеющие в отличие от местных русских, исторического и социокультурного опыта сосуществования и взаимодействия с татарским населением. Постепенно даже самым наивным стали очевидны истинные цели этих «варяжских» активистов. Первоначальные возгласы про неэффективность нынешних методик преподавания татарского языка затем перешли к требованиям полной отмены татарского языка в школах, и далее – отмены его государственного статуса (дескать, республика – это не государство, а потому и незачем государственный статус татарскому языку).

Ожидаемо эти обсуждения пошли еще дальше. Руководительница этого «комитета» Инесса Гудочкина на своих страницах в соцсетях, помимо лозунгов за ликвидацию национальных республик, уже открыто начала призывать вообще к ликвидации всяких учебных заведений на территории России, где преподавался бы язык народов России (разумеется кроме русского языка), поскольку там «готовят потенциальных сепаратистов».

Далее другая «активистка» Ольга Гавриленко, подавшая в суд на министерство образования иск о возмещении морального и материального вреда (!) за обучение ее сына татарскому языку, прославилась татарофобскими комментариями на своей странице в сети «Вконтакте». Здесь в частности, помимо оскорбительных эпитетов (цитировать их – это прямой выход на 282 ст. УК РФ), выражались ее сожаления по поводу того что «Иван Грозный не добил татар до конца».

Все это даже для самых ярых скептиков обнажило основную суть «языкового противостояния» – противники татарского языка ставят в конечном итоге своей целью борьбу вообще с национально-территориальным делением нынешней РФ и ликвидацию вообще всего национально-регионального компонента в образовательной сфере. Хотя в этой связи справедливее будет отметить, что за их спинами стоят гораздо более могущественные силы. Широкую информационную поддержку «комитету» обеспечили имперские инфопорталы («Свободная пресса»), клерикальные телеканалы («Царьград»), праворадикальные сайты (запрещенный Роскомнадзором «Спутник и погром») и т.п.

В ведущем интернет-издании Татарстана «Бизнес-онлайн», в комментариях под материалами по языковой проблеме наблюдались все признаки работы так называемых «фабрик троллей», топивших именно на стороне противников татарского языка. Местные популярные телеграм-каналы также стали ареной «языкового противостояния».

Неудивительно, что подобные накаты вызвали небывалый подъем активности у татарской части населения республики, выступающей за сохранение позиций татарского языка и тех немногих достижений суверенитета, что еще остались . Наступление на главный и чувствительный нерв национального самосознания – язык, вызвало ответную реакцию. Многие из тех, кто еще вчера занимал вполне тихую конформистскую позицию, вдруг проснулись от «спячки». Причем это именно тот искренний порыв гражданского общества, безо всякого участия властных кругов, которые в обстановке накала страстей предпочли уйти в тень, долгое время не высказывая свою позицию по данному вопросу.

Первым делом было создано сетевое сообщество «Комитет татароязычных родителей» (https://vk.com/telemtatar) от имени которого написано обращение на имя Путина с требованием оставить татарский язык в качестве обязательного предмета в школах. Это письмо-обращение всего за несколько дней собрало несколько тысяч подписей.

Был использован и предвыборный фон. Возникло даже сообщество «татары за Собчак», которое выступило с предложением Ксении Собчак, собирающейся стать кандидатом в президенты РФ, включить в свою предвыборную программу пункт о защите языков народов России.

Далее с целью привлечения внимания были проведены уличные флешмобы с исполнением неофициального гимна всех татар «Туган тел» («Родной язык») на слова знаменитого татарского поэта Габдуллы Тукая. Этот вирусный флешмоб был подхвачен татарскими артистами и студентами Казанского Федерального университета. Ряд артистов напрямую обратились к президенту республики Рустаму Минниханову, покритиковав его молчание по такому важному вопросу.

Вообще, стихотворение «Туган тел», как и букварь татарского языка «Алифба» стали своеобразным символом татарского протеста. Поэтому неслучайно на самом пике этих событий 26 октября, прямо перед зданием республиканского парламента – Госсовета Республики Татарстан, молодежь провела массовый флешмоб с раздачей татарских букварей депутатам парламента, спешившим на заседание по обсуждение как раз языкового вопроса. Стоит отметить, что популярность министра образования Энгеля Фаттахова резко возросла, благодаря решительности и последовательности его позиции, которую он проявил в языковом вопросе. Сегодня он фактически стал самым популярным политиком в республике. Президент Татарстана же, напротив, стал объектом серьезной критики, как из-за своего долгого молчания, так и по причине постоянных зарубежных вояжей на фоне больших имиджевых неудач Татарстана последних месяцев.

26 октября на сессии Госсовета Минниханов потребовал от прокурора Татарстана прекратить давление на директоров школ, с которыми, как он выразился, ему предстоит организовывать президентские выборы 2018 года. В 1,5 тысячах мечети Татарстана прошли пятничные проповеди с призывом защитить татарский язык и национальную идентичность. Представители татарской интеллигенции направили президенту Минниханову «Обращение татар Российской Федерации», которое подписали десятки тысяч человек.

Эта неожиданная для многих гражданская активность вызвала у имперских унитаристов весьма нервную реакцию. В частности, на студентов, принявших участие во флешмобе в поддержку татарского языка у Госсовета 26 октября, началось давление: их вынудили написать объяснительные с пояснением кто, когда позвал их на акцию, какова была причина их появления там, кто организовал и т.д.. Также отныне им было приказано ограничить свое общение в социальных сетях. По словам самих студентов, руководитель высшей школы татаристики и тюркологии имени Габдуллы Тукая Альфия Юсупова вызвала кураторов с каждого курса и приказала выйти из групп в соцсетях, посвященных защите татарского языка - а также студентам отныне запрещено общаться друг с другом в WhatsApp и Telegram. Она пояснила свою директиву тем, что участие в подобных акциях непременно скажется на их будущем, т.к. его участников, что называется, «берут на карандаш».

Региональные власти, обещая учесть интересы всех сторон конфликта, не нашли ничего лучшего, чем запретить любую уличную активность с обеих сторон баррикад «языковой войны» . Так мэрия Казани не разрешила митинг в поддержку татарского языка, заявка на который была подана на 3, а затем и на 6 ноября. 4 ноября «Общество русской культуры Татарстана» и «Комитет русскоязычных родителей Татарии» готовились провести в Казани так называемое «Республиканское родительское собрание» в форме митинга, но он тоже был не согласован. Серьезный скандал вызвало желание руководителя ОРК Михаила Щеглова привлечь к охране митинга вооруженных мятежников из Донбасса. Вот такая интересная политическая коалиция…

Максимум, на что согласились власти после долгих согласований – это концерт ко Дню Конституции Татарстана (6 ноября), да и то с подачи аппарата президента республики (а иначе никакого концерта просто не было бы), превращенный в «дружбонародный» фестиваль.

В общем, можно сделать вывод о том, что Татарстан стал ареной «языкового противостояния», своеобразной «холодной войны» между защитниками татарского языка и их противниками.

Власти Татарстана после прогремевшего на всю страну заседания 26 октября поспешили успокоить общественность и депутатов и пообещали вскорости представить свой «компромиссный» вариант разрешения ситуации. 8 ноября с подачи министра образования республики Энгеля Фаттахова и при поддержке президента Татарстана Рустама Минниханова такой вариант наконец появился. Он предусматривает в частности, что татарский язык останется обязательным предметом с 1 по 9 класс, где ему будет отведено два часа в неделю. Еще 3 часа в неделю может добавляться по программе «родной язык», но уже в вариативном ключе. Для 10-11 классов татарский язык будет полностью добровольным. Также для узаконивания именно такого варианта, власти республики намерены добиваться включения изучения татарского языка как государственного в ФГОС.

Удастся ли властям республики все-таки отстоять свой «компромиссный» план урегулирования – остается пока под вопросом. Московский Кремль пока подает весьма противоречивые сигналы на сей счет. Хотя уже ясно, что власти республики будут в торге с Москвой уповать на предстоящие выборы и нежелательность в их преддверии «раскачивать лодку» . И многие национальные республики, не принявшие в отличие от Казани открытой дискуссии с Москвой в «языковом» вопросе, несомненно ждут результатов, в случае чего надеясь апеллировать к «татарстанскому опыту».

При таком раскладе татарская общественность, как и республика в целом, несомненно сохранит свое лицо. Но вот для татарского языка это все равно будет иметь негативные последствия, т.к. его статус уже очевидно не будет прежним. Вероятнее всего ожидается ликвидация итогового экзамена у учеников 9 классов по татарскому языку. Это, в свою очередь, снижает и планку требований к знаниям учащихся и их мотивацию. Более мягкое отношение к ученикам, завышенные оценки - это то, чего будут негласно требовать от учителей татарского. По сути, это уже полуфакультативный статус, который означает еще более низкую мотивацию к изучению языка и второсортность учебной дисциплины. И это не говоря уже о сотнях уволенных учителей татарского языка, которые, несомненно, появятся уже в ближайшее время.

Как бы то ни было, «языковое противостояние» 2017 года стало еще одним ударом по этноязыковому многообразию России. А также – по ее федеративному устройству, которое прописано в Конституции. Впрочем, многие ли об этом помнят?

Министерство образования и науки Татарстана должно сделать акцент на обеспечении высокого уровня знаний и владения русским языком. Об этом в ежегодном послании Госсовету заявил президент республики Рустам Минниханов. Заявление примечательное — еще пару месяцев назад глава вышеупомянутого ведомства Энгель Фаттахов заявлял, что в регионе нет проблем с изучением русского и татарского языков.

Архивное фото

Изучение татарского языка в общеобразовательных учреждениях республики является обязательным, поскольку в Конституции Татарстана за русским и татарским языками закреплен статус государственных. При этом в последнее время родители учеников отдельных классов стали инициировать коллективные обращения к руководству как учебных заведений, так и министерств образования России и Татарстана, а также прокуратуры, в которых речь шла либо от отказе от уроков татарского языка, либо о сокращении часов, отведенных на изучение предмета. Многие родители жалуются на недостаточное количество уроков по изучению русского языка.

Разумеется, это рождает ответную реакцию, которая сводится к тому, что "раз вы живете в Татарстане, то обязаны знать татарский". Но эта реакция, скажем так, неформальная. Формальная же заключается в том, что чиновники признают недостатки в преподавании татарского языка, прежде всего по причине нехватки кадров и достаточно сложной программы, что является следствием не слишком удачной проработки методики преподавания. В то же время в профильных ведомствах республики отмечают, что результаты ЕГЭ по русскому языку в Татарстане являются одними из лучших в России.

Следовательно, проблемы нет? Если судить по заявлению министра образования и науки Татарстана Энгеля Фаттахова, нет.

"У нас все нормально. Мы федеральные стандарты выполняем, ничего не нарушаем. По Конституции РТ у нас два государственных языка. На мой взгляд, президент России не имел в виду Татарстан", — заявил министр в июле этого года. Так он прокомментировал выступление президента России Владимира Путина на заседании совета по межнациональным отношениям в Йошкар-Оле. Тогда президент заявил о недопустимости принудительного изучения неродных языков.

Владимир Путин подчеркнул на заседании совета, что русский язык — "естественный духовный каркас" страны, и знать его должен каждый. "Изучать эти языки — гарантированное Конституцией право, право добровольное. Заставлять человека изучать язык, который родным для него не является, так же недопустимо, как и снижать уровень преподавания русского. Обращаю на это особое внимание глав регионов Российской Федерации", — подчеркнул Путин.

Судя по сегодняшнему выступлению Рустама Минниханова, заявлениями "у нас проблем нет" вопрос закрыть не удалось. "Особого внимания требуют вопросы языковой политики. При сохранении приоритетов изучения государственных и родных языков министерству образования и науки республики надо сделать акцент на обеспечение высокого уровня знаний и владения русским языком", — сказал Минниханов.

Вместе с тем, по словам главы республики, необходимо совершенствовать методику преподавания татарского языка как государственного языка Татарстана, а также подготовку и переподготовку учителей. В целом при изучении языков, по его мнению, следует развивать прежде всего коммуникативные навыки.

"Эти задачи неоднократно ставились перед министерством образования и науки республики. Однако эффективность проводимой работы по-прежнему невысока и вызывает обоснованные нарекания граждан. Министерству, как центру ответственности, следует сделать соответствующие выводы и принять необходимые меры", — подчеркнул Минниханов.

По случайному совпадению или нет, но в день выступления президента Татарстана перед Госсоветом в социальных сетях начали распространять заявление, которое приписывают Энгелю Фаттахову. Якобы на одном из совещаний в министерстве он заявил, что "у нас государственный язык татарский, поэтому в следующий раз совещания будут на татарском языке".

"Так же и по служебным вопросам заходя ко мне, говорите по-татарски. Если не знаете татарского, то просите своих подчиненных Вам на бумажке написать текст, зайдете и прочитаете", — продолжил свою речь министр.

Вот только новость об этом появилась в прессе республики еще пять лет назад, когда Фаттахов только занял пост министра образования. И были эти слова произнесены в самом деле или нет — неизвестно, ссылались на "анонимный источник".

Хотя, в общем, сегодняшнее заявление президента Татарстана оснований для разночтений не оставляет. Не очень, правда, понятно, каким образом планируется исправлять ситуацию , которая складывалась годами. И как скоро это будет сделано.

В Казани опять заговорили о том, что татарский язык необходимо изучать каждому ребенку в каждой школе. Ранее точку в этом вопросе поставил Владимир Путин, но татарстанские единороссы пытаются сделать вид, что это не точка, а точка с запятой. Показательно, что их в этом поддерживают пропагандистские СМИ, финансируемые из США.

В прошлом году Госсовет Татарстана принял решение о том, что преподавание татарского языка в школах республики будет проводиться . А теперь – принял обращение к спикеру Госдумы Вячеславу Володину, в котором призывает закрепить в федеральных образовательных стандартах обязательность изучения языков национальных республик.

Неделю назад на ту же тему в интервью ТАСС высказался спикер Госсовета Фарид Мухаметшин, который заявил, что добровольное изучение татарского языка внесло раскол в общество и его нужно отменить. «Я думаю, что надо добровольность убрать вот эту, она расколола и забила клин между русскими и татарами, в одном классе сидят дети, антагонизм такой делать зачем?» – заявил он.

Отметим, что из других источников информации об «антагонизме» не поступало.

Напомним, что логика противников «обязаловки» выглядит чрезвычайно просто. Российская Федерация – многонациональное государство, где живут представители более чем ста народов. Некоторые регионы являются национальными, и если в Татарстане одна «титульная» нация, то в Дагестане их десяток. Все языки смогут выучить только гении-полиглоты.

Государственным языком России и средством межнационального общения является русский язык – поэтому его должны знать все. Национальные языки при этом, цитируя Владимира Путина, «неотъемлемая часть культуры народов страны, и Конституция гарантирует право изучать эти языки в добровольном порядке».

«Заставлять человека учить язык, который для него родным не является, так же недопустимо, как и снижать уровень и время преподавания русского», – это тоже , сказанные им на заседании Совета по межнациональным отношениям в Йошкар-Оле в июле 2017 года. Казалось бы, что к этому могут добавить депутаты от «Единой России» – а именно эту партию представляют и Шарипов, и Мухаметшин, и большинство других подписантов обращения о необходимости «обязаловки»?

Однако добровольность изучения татарского языка не устраивает татарских единороссов.

При этом президент Татарстана Рустам Минниханов (кстати, последний оставшийся в России глава субъекта Федерации, носящий титул президента) в декабре 2017 года выступал со вполне разумными инициативами:

«Язык должен быть привлекательным, если язык используется, и изучение интересное. Сама система татарского языка была очень сложной, поэтому вызвала некое недовольство не только русского населения, но и татар. Поэтому нам надо работать над популяризацией татарского языка. Мы, конечно, будем работать и по части онлайн-обучения».

А в феврале 2018 года бесплатные курсы по изучению татарского языка открылись в мечетях Татарстана – и представители Духовного управления мусульман республики говорили о высоком интересе прихожан.

То есть ничто не мешает как этническим татарам, так и представителям других национальностей изучать татарский. А также – запускать программы по повышению привлекательности своего родного языка хоть на местном, хоть на федеральном, хоть на мировом уровне.

Поэтому слова о «рабстве» или о «холокосте» – это обыкновенная провокация. Отметим, кстати, что евреи почти 2000 лет пользовались языками окружающих народов, и только после создания государства Израиль был отчасти возрожден, а отчасти создан с нуля (в части современной терминологии) иврит. «Сохранению нации» многовековое отсутствие изучения родного языка ничуть не повредило. В отличие от холокоста, уничтожившего значительную часть европейских евреев.

Еще один яркий пример бессмысленности «обязаловки» демонстрирует нам городской совет Одессы и мэр этого города Геннадий Труханов. И городской глава, и большинство одесских депутатов родились и выросли на Украине. И в советские времена, и тем более после получения независимости украинский язык был обязательным для изучения во всех школах. Однако ни Труханов, ни подавляющее большинство депутатов государственным языком и не способны говорить на нем даже под угрозой репрессий.

Так зачем бессмысленно тратить время живущих в Татарстане и других национальных республиках детей на обязательное изучение языков, которые им никогда не пригодятся?

Дети, чьи родители думают о сохранении национальной культуры, будут добровольно (ну или по принуждению родственников, но это совсем другое, нежели принуждение со стороны государства) учить родной язык. А остальные лучше потратят это время на получение других, более актуальных для их профессионального будущего знаний.

В вопросе добровольности изучения национальных языков точка была поставлена в июле 2017 года. И превратить ее в точку с запятой ни у депутатов татарского госсовета, ни у кого-либо еще не получится.

Политические процессы, связанные с распадом СССР и сопровождавшиеся «парадом суверенитетов», в национальных республиках России привели к националистическому реваншу правящих элит . На практике это выражалось в моноэтниизации государственного аппарата, когда руководящие посты занимались представителями титульного этноса, поддержкой антироссийских настроений в общественно-политическом пространстве региона, неравным финансированием национальных культур (предпочтение отдавалось культуре титульного этноса), закреплением за языком титульного этноса государственного статуса и обязательном его изучении всеми школьниками, мифологизацией местной национальной истории.

Применительно к Татарстану весь этот набор признаков националистического реванша был характерен, и в 1990-е годы при слабом федеральном центре получил свое внедрение. Несмотря на постоянное декларативное подчеркивание со стороны региональных властей отсутствия ущемлений русского населения, последнее ощущало определенную степень дискриминации , что было отражено даже в Конституции Татарстана, где в преамбуле Основного закона было прописано, что он выражает волю «многонационального народа Республики Татарстан» и «татарского народа», тем самым даже юридически было обозначено неравноправие (татар выделили в отдельную юридическую категорию, русских и все остальные национальные группы были отнесены в понятие «многонациональный народ Татарстана»).

Хотя реформы второго президента России Владимира Путина в 2000-е годы были направлены на приведение регионального законодательства в соответствие с федеральным, выстраивание вертикали власти и борьбу с иными проявлениями сепаратизма в республиках, комплекс проблем, получивший название «русский вопрос », не был разрешен в Татарстане. Сам по себе «русский вопрос» в Татарстане сводится к трем проблемам:

1. отсутствие должного этнического представительства русских в органах власти;
2. положение православия (отсутствие полной реституции церквей, запущенное состояние православных храмов, искусственное превращение православной общины в религиозное меньшинство, массовые поджоги церквей ваххабитами и др.);
3. положение русского языка в школах Татарстана.

Последняя проблема привела за последние 5 лет к формированию этнолингвистического конфликта в Татарстане.

Этнолингвистический конфликт в Татарстане - это конфликт не между русскими и татарами, а конфликт между русскоязычными и региональными органами власти по поводу права обучать своих детей русскому языку и русской литературе в том же объеме, что и по всей России.

Придание в 1991 году татарскому языку статуса государственного и закрепление его положения в региональной конституции на практике вылилось в обязательное его изучение в средних общеобразовательных учреждениях. В 1990-е годы подобное решение региональных властей русскими поддерживалось (по опросу 1995 года 65,3% русских считали, что татарский язык должен преподаваться в школе; у русской молодежи в 1997 году поддержку это решение вызывало уже лишь у 53,2% опрошенных) и воспринималось как в целом справедливое решение, тем более, что на фоне советской практики национальное образование у татар находилось в удручающем состоянии (в Казани действовала всего 1 татарская национальная школа).

Однако почти 20-летняя практика преподавания татарского языка как обязательного предмета не привела к тому, что знания у русскоязычных детей в сфере его изучения улучшились. Это констатировали и педагоги, и родители, и сами вчерашние школьники, отмечая безрезультатность в деле изучения татарского языка . Так, в ходе социологических опросов важность знания татарского языка отметили лишь 21,2% (по Татарстану) и 12,5% (по Казани) русских детей. Педагоги констатировали незначительное повышение мотивации обучения татарскому языку как в городской, так и в сельской местности.

Практика введения татарского языка в школах как обязательного предмета для поголовного изучения происходила за счет сокращения часов, отводимых на русский язык. В результате если школьники России за годы обучения в школе в 1-4 классах получали 675 часов и в 5-9 классах 735 часов русского языка, то школьники Татарстана - только 405 часов в 1-4 классах и 490 часов в 5-9 классах. Эта существенная разница в часах, отводимых на изучение русского языка при низкой результативности русскоязычных учащихся по татарскому языку, стала выливаться в форме протестов родителей русскоязычных детей.

Первый подобный публичный протест высказал Сергей Хапугин, который обратился в суд в 2001 году по поводу того, что его сын лишен возможности изучать русский язык в полном объеме, как все остальные школьники, живущие за пределами Татарстана. Помимо этого он был не согласен с обязательным изучением татарского языка, большими его объемами в школьном расписании. Однако его судебные тяжбы в 2001-2002 гг. (он дошел до Конституционного суда РФ) не привели к изменению ситуации.

В 2008 году всплеск возмущений родителей вылился в сетевое пространство: было организовано интернет-сообщество «Русский язык в школах Татарстана », которое собрало 15 тысяч участников, активно высказывавших свое недовольство существующей практикой. В 2010 году начинается длительная переписка с органами власти, когда эту проблему пытаются решить конструктивным путем. Результата это никакого не дало. После этого конфликт переходит в форму уличных протестов: в феврале 2011 года проходит одиночный пикет в Казани напротив здания Министерства образования и науки Республики Татарстан, в апреле 2011 года первый массовый митинг родителей в Казани (организатором выступило Общество русской культуры Республики Татарстан) и Набережных Челнах, затем в июне и сентябре 2011 года пикеты в Казани, в апреле 2012 года был митинг в Казани, в июне 2013 года митинг в центре Казани, в ноябре 2013 года шествие под лозунгом «За русский язык» в Казани, пикет в Москве в декабре 2013 года, одиночные пикеты в Казани в феврале 2014 года.

Таким образом, проблема русского языка стала причиной для регулярных уличных акций протеста. При этом со стороны региональных властей в отношении родителей, которые считали, что обязательное изучение татарского языка не нужно их детям, начались судебные преследования. Так, мать двух детей Виктория Можарова из Нижнекамска (город в Татарстане) привлекалась к суду за то, что ее дети в течение 5 лет не посещали уроки татарского языка в школе.

Ситуация остается острой еще и потому, что русская общественность выступает за изучение русского языка в качестве родного. По российскому законодательству понятие «родной язык» закреплено за всеми национальными языками народов России, кроме русского. Русский, имея статус государственного языка, не обладает статусом родного языка.

Этот парадоксальный факт дает повод для юридической манипуляции в национальных республиках вроде Татарстана: в регионе часы, выделяемые в школьном расписании на изучение родного языка, отдаются под изучение татарского языка. В результате получается абсурдная картина: для русских детей родным языком по документам объявляется татарский язык. Родители русскоязычных детей настаивают на том, чтобы их дети изучали свой родной русский язык, а власти Татарстана не дают этого делать, отдавая все часы, выделяемые на изучение родного языка, под татарский язык.

Исследователи констатируют: концепт «родного языка» в Татарстане чрезвычайно идеологически перегружен. На протяжении всего постсоветского времени именно он составлял риторику татарских националистических групп. «Сегодня этот концепт активно заимствуется активистами, отстаивающими положение русского языка. Основная публично дебатируемая проблема для них - преподавание русского языка во всех русскоязычных школах Татарстана "по плану национальной школы". Таким образом, русский формально имеет статус неродного языка , в том числе и для этнически русских школьников, в то время как татарский язык преподается как "родной" для всех», - констатирует социолог Екатерина Ходжаева.

Отличительная особенность этнолингвистического конфликта в Татарстане заключается в том, что сторонниками факультативной формы обучения татарскому языку выступают не только родители детей русской национальности, но и татарской. Для городских татар понимание необходимости изучения русского языка в большем объеме, чем он существует в школах Татарстана, объясняется их прагматичностью: высшее образование и возможности карьерного успеха в будущем для детей возможны благодаря хорошему знанию русского языка. Поэтому на уличных акциях протеста русской общественности в защиту русского языка участвуют и татары.

Противостояние родителей и региональных властей усугубляется акциями со стороны татарских национал-сепаратистов , вставших в этом конфликте на сторону местных органов власти. При этом со стороны татарских националистов в адрес родителей сыплются обвинения в фашизме, татарофобии, а также регулярно звучат призывы к тому, чтобы родители русскоязычных детей за свое несогласие с существующей образовательной практикой в регионе покинули Татарстан. Серия ответных уличных акций и громких заявлений со стороны татарских сепаратистов, выступавших в роли защитников татарского языка, позволила региональным властям преподнести их акции как ответ возмущенной татарской общественности и попытаться нивелировать требования родителей русскоязычных детей.

Здесь очень важно подчеркнуть, что как и родители, так и русская общественность выступали не против татарского языка , а за русский язык, говорили о праве изучать его детям в том объеме, в каком он практикуется по всей стране. Более того, русская общественность поддерживала необходимость сохранения татарских национальных школ, подвергнувшихся «оптимизации» (т.е. закрытию), особенно в сельской местности. Однако аргументы русской стороны в ходе организованного по инициативе Общества русской культуры Татарстана 28 апреля 2011 года круглого стола с приглашением татарских националистов последними не были услышаны, а само мероприятие они постарались эмоционально заболтать, тем самым убедив всех в собственной недоговороспособности и нежелании идти на компромиссы.

Разрешить ситуацию с положением русского языка попытались через Государственную Думу России, где на заседаниях экспертного совета Комитета по делам национальностей нижней палаты российского парламента, состоялось несколько заседаний, в том числе с участием родителей не только из Татарстана, но и из Башкирии, где схожая ситуация с положением русского языка.

Члены экспертного совета Комитета по делам национальностей Госдумы РФ признавали нарушения в региональном законодательстве Татарстана в сфере образования. Возникала и до сих пор продолжает быть данностью ситуация, при которой федеральное законодательство предоставляет родителям выбор стандартов образования, в том числе и возможность изучать русский язык в качестве родного языка в школах, а республиканское законодательство этой возможности выбора лишает.

Более того, парламент Татарстана выступил против предложений внести изменения в федеральный закон «О языках народов России», которые предусматривали наделение русского языка статусом родного языка, и это при том, что Госсовет Татарстана регулярно выступает поборником родных языков народов России.

В результате этнолингвистический конфликт в Татарстане, приобретший затяжной характер, превратился в основную причину дискомфортности своего положения у русских в этом регионе. Если с отсутствием равного этнического представительства в органах власти русских кадров русское население в целом смирилось (никаких уличных протестов по этому поводу не возникало до сих пор, а обсуждение подобных перекосов в кадровой политике, как правило, дальше публичных заявлений не пошло), то в вопросе положения русского языка возмущение до сих пор не утихает.

Со стороны же региональных властей предпринимаются попытки по дальнейшему усугублению этнолингвистического конфликта: татарский язык в обязательном порядке внедрен для изучения в детские сады для всех детей. Тотальное насаждение даже в дошкольных учреждениях татарского языка, когда русские дети еще не освоили собственный родной русский язык , вызывает естественную тревогу у родителей. При этом все это сопровождается внедрением халяльного питания (разрешенного с точки зрения шариата) в детсадах и школах, оставляя вопрос о добровольности и согласия родителей за скобками.

На наш взгляд, разрешиться этнолингвистический конфликт в Татарстане мог бы путем предоставления родителям выбора стандарта образования, по которому те родители, которые хотели бы, чтобы их ребенок изучал русский язык в том же объеме, что и по всей стране, получили бы такое право и могли бы его реализовать. Те же родители, для которых важно, чтобы их ребенок больше изучал татарский язык, должны за собой это право сохранить. Только таким образом, вероятно, можно разрешить эту ситуацию, тем более, что федеральное законодательство в сфере образования подобные возможности предоставляет. Принудительные меры сохранения, навязывания татарского языка в ущерб русскому будут неизбежно вызывать у родителей и русской общественности справедливое возмущение.

Нежелание региональных властей в Татарстане идти по такому, в принципе, демократическому пути объясняется их стремлением сохранить этнократическую модель политического строя Татарстана, где татарскому языку придается символическое значение. К тому же существует в глазах этнократов убеждение (оно никакими эмпирическими данными не подтверждено, но это убеждение неоднократно озвучивалось татарскими националистами в беседах с автором), что предоставление выбора стандарта образования в школах Татарстана приведет к тому, что не только родители русских детей, но и родители татарских детей выбор сделают в пользу большего изучения русского языка и факультатива для татарского, что на практике приведет к языковой ассимиляции татарской молодежи в будущем.

Подобные страхи ведут к тому, что, несмотря на низкую результативность познаний в области татарского языка среди русскоязычных детей за все годы обучения в школе (эта практика существует уже 23 года), татарский язык будет сохраняться как обязательный предмет обучения для всех поголовно в ущерб русскому языку, изучать который в качестве родного языка будет невозможно в Татарстане, соответственно, часов, отводимых в школьном расписании на изучение русского языка в республике, будет меньше, чем по всей стране.

Оказавшись в подобной ситуации, когда федеральный центр закрывает на это глаза (попытки добиться поправок в законодательстве России не увенчались успехом: «татарстанское лобби » в Госдуме России заблокировало эти инициативы, родители переживают отчаяние. Истории о том, как приходится дома родителям сидеть с детьми, помогая им делать домашние задания по татарскому языку, полны упаднических настроений.

Из личных бесед автора с такими родителями у него сложилось мнение о намерении родителей покинуть Татарстан и переехать в другой регион России, чтобы дети имели возможность полноценно изучать русский язык. Если проблема этнолингвистического конфликта в Татарстане не будет решена, то может начаться отток русского населения из региона . Люди, испытывая притеснения со стороны местных властей, обычно голосуют ногами. Русские в Татарстане хотят своим детям давать знания в том же объеме, что и по всей стране. Печально, что федеральные органы власти предпочитают не замечать подобной проблемы.

Энгель Фаттахов заранее сказал Юрию Чайке твердое нет: татарский язык остается обязательным для всех предметом в школах республики

«Родители всех школьников Татарстана должны знать — появилась реальная возможность изучать татарский язык добровольно или не изучать его совсем», — на подобные сообщения, массово распространяемые через мессенджеры и соцсети, отреагировали власти РТ, заодно ответив и на документ, опубликованный на сайте Кремля. Прокуратура РТ пока не получала задания из Москвы о соответствующих проверках. Но, похоже, если политики и эксперты не сядут за стол переговоров, «лобовое столкновение» неизбежно.

Главный защитник татарского языка в школах Татарстана — вице-премьер и глава минобразования РТ Энгель Фаттахов — выступает последовательно / Фото: «БИЗНЕС Online»

«ПРИЗЫВЫ ПО ОТКАЗУ ОТ ИЗУЧЕНИЯ ТАТАРСКОГО ЯЗЫКА ПРОТИВОРЕЧАТ ДЕЙСТВУЮЩЕМУ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВУ»

Татарстанские власти прервали молчание по вопросу об обязательном изучении татарского языка в школах республики, продолжавшееся с момента поручения президента РФ в адрес российской генпрокуратуры, обнародованного 28 августа. Согласно ему ведомство Юрия Чайки до 30 ноября должно проверить обеспечение изучения «родного языка из числа языков народов Российской Федерации и государственных языков республик, находящихся в составе Российской Федерации, на добровольной основе по выбору их родителей (законных представителей)». Аналогичного рода требование выдвинуто и главам регионов, срок доклада — до 1 декабря.

И вот вчера вечером минобрнауки РТ на своем сайте опубликовало «Разъяснение министерства образования и науки Республики Татарстан по вопросу обучения татарскому языку в общеобразовательных учреждениях Республики Татарстан». Поводом стало распространение в социальных сетях и мессенджерах призывов к отказу от изучения татарского языка в образовательных учреждениях.

Ведомство Энгеля Фаттахова непреклонно. «В качестве государственного языка Республики Татарстан Конституцией Республики Татарстан (статья 8) и законом Республики Татарстан „О государственных языках Республики Татарстан и других языках в Республике Татарстан“ устанавливается наряду с русским татарский язык. В соответствии с федеральным законодательством законами РТ „Об образовании“ и „О государственных языках Республики Татарстан и других языках в Республике Татарстан“ предусмотрено его изучение как государственного языка Республики Татарстан в сфере общего образования», — говорится в разъяснении минобрнауки Татарстана.

После этого вновь приводится известное постановление Конституционного суда России от 2004 года, согласно которому изучение в общеобразовательных учреждениях русского и татарского языков как государственных языков в Республике Татарстан признано не противоречащим Конституции Российской Федерации. Соответственно, татарский язык как обязательный предмет подлежит изучению во всех общеобразовательных учреждениях РТ. Таким образом, распространяемые в социальных сетях призывы (и образцы заявлений) по отказу от изучения татарского языка противоречат действующему законодательству и вводят в заблуждение родителей учащихся.

Таким образом, власти Татарстана продемонстрировали, что пока не собираются сдавать позиций в этом вопросе, несмотря на прямое поручение президента России Владимира Путина генпрокурору РФ.

В последние дни в родительских рассылках в популярном мессенджере было распространено сообщение с призывами к родителям отказаться от изучения татарского языка в школах и детских садах Фото: kpfu.ru

«НЕ ВЕДИТЕСЬ НА ЛОЖЬ»

Действительно, в последние дни в родительских рассылках в популярном мессенджере WhatsApp было распространено сообщение с призывами к родителям отказаться от изучения татарского языка в школах и детских садах. В нем, в частности, говорилось: «Родители всех школьников Татарстана должны знать — появилась реальная возможность изучать татарский язык в школах и детских садах добровольно или не изучать его совсем. Для этого нужно всего лишь написать заявление в свободной форме на имя директора школы или заведующей детским садом и зарегистрировать его у секретаря. Исполняя распоряжение президента России Путина В. В., они обязаны будут освободить вашего ребенка от обязательного изучения татарского языка. Распоряжение о добровольности изучения национальных языков входит в перечень поручений президента и находится на сайте Кремля... Исполнение контролируется Генеральной прокуратурой РФ и Рособрнадзором. И еще. Школьная администрация вводит в заблуждение (откровенно врет) об обязательном экзамене по татарскому языку в конце 9 класса. На самом деле это не экзамен, а ДОБРОВОЛЬНОЕ тестирование. Никакого отношения к ГИА, ОГЭ это не имеет и не является допуском к сдаче остальных экзаменов. Обязательны экзамены только по русскому языку и математике. Не ведитесь на ложь».

При этом участники сообщества «ВКонтакте» «Комитет русскоязычных родителей Татарии» — аналогичных сейчас на просторах соцсетей немало — выкладывают в своей группе подробные инструкции, куда и к кому обращаться с заявлениями об отказе изучения татарского языка с образцами этих самых заявлений.

В ответ на это сообщение появилось другое, рассылаемое уже не в родительских, а в учительских чатах, которое разъясняло, что поручение президента России касается не государственных языков республик, а родных. «Путин говорил о родных языках, в Татарстане это чувашский, марийский, удмуртский и так далее. Есть школы, где эти языки преподаются, естественно, добровольно. Татарский язык — государственный и преподается как государственный. Об этом есть решение Конституционного суда РФ. Быть против культуры и языка целого народа — это бытовой шовинизм». Впрочем, авторы этой рассылки заблуждаются: в поручении на сайте Кремля речь идет как раз и про родной, и про государственный язык.

Именно для того, чтобы поставить точку в этом споре, а также остановить нарастающую истерию, по всей видимости, и появилось вышеупомянутое официальное заявление министерства образования Татарстана.

В КАЗАНСКОМ КРЕМЛЕ НЕ ВСЕ ДОВОЛЬНЫ ЖЕСТКОЙ ПОЗИЦИЕЙ ЭНГЕЛЯ ФАТТАХОВА?

Главный защитник татарского языка в школах Татарстана — это вице-премьер и глава минобразования РТ Фаттахов, который выступает последовательно. Сразу же после известного заявления Путина в Йошкар-Оле он говорил журналистам, что никаких нарушений в республике нет: «У нас есть Конституция Республики Татарстан, есть закон о языках, закон об образовании, у нас два государственных языка: русский и татарский. Мы работаем по форме федерального стандарта, в этом плане у нас нарушений нет».

При этом во вчерашнем разъяснении ведомства Фаттахова присутствует и несколько двусмысленная формулировка: «На основании предложений межведомственной комиссии по реализации поручений президента Российской Федерации по итогам заседания совета при президенте Российской Федерации по межнациональным отношениям, состоявшегося 20 июля 2017 года в городе Йошкар-Оле, премьер-министром Республики Татарстан А. В. Песошиным принято решение о доведении с 1 января 2018 года объемов изучения русского языка до объемов, рекомендуемых министерством образования и науки Российской Федерации. Также прорабатываются иные меры по совершенствованию языковой политики в Республике Татарстан». Получается, что до этого в республике все-таки игнорировали рекомендации федерального минобрнауки? Кроме того, в случае увеличения объемов изучения русского языка возникает вопрос о дополнительных часах татарского языка — требование о равных объемах изучения заложено в татарстанский закон о языках.

Также обращает на себя внимание, что последнее решение принимает Алексей Песошин , для которого сфера языка и культуры не близкая. С одной стороны, он таким образом прикрывает вышестоящую инстанцию, сохраняя люфт для дальнейшего маневра. С другой, русская фамилия премьер-министра РТ в данном случае выглядит некоторым реверансом в сторону Москвы.

При этом, по словам информированных источников «БИЗНЕС Online», в казанском Кремле есть и недовольные жесткой позицией Фаттахова. В частности, называют имена руководителя департамента аппарата президента РТ по вопросам внутренней политики Александра Терентьева и непосредственно подчиняющемуся ему главы управления по реализации национальной политики Данила Мустафина , которые якобы пишут на самый верх записки, призывающие к компромиссу с Москвой. Один из собеседников газеты утверждает, что Терентьев давний сторонник того, чтобы дети не из татарских семей изучали татарский на добровольной основе.

А сторонники позиции Фаттахова продолжают апеллировать к п. 3 ст. 14 федерального закона «Об образовании», где сказано, что преподавание и изучение государственных языков республик Российской Федерации может вводиться в соответствии с законодательством республик Российской Федерации. В ФГОСе сказано, что учебные планы «обеспечивают <...> возможность преподавания и изучения государственных языков республик Российской Федерации и родного языка из числа языков народов Российской Федерации». Принцип добровольности нигде прямым текстом не оговаривается, как и по другим предметам школьной программы. Значит, если и можно вносить изменения в эту систему, то только через принятие новых федеральных законов, которые должны пройти через Госдуму и Совфед.

Федеральное минобразования, напомним, заняло двойственную позицию. Министр Ольга Васильева так и не дала ясный ответ на вопрос, должны ли быть национальные языки обязательными для изучения. «Когда мы говорим о насильственном, недобровольном [изучении языка]... Хотя я думаю, что каждый случай надо рассматривать отдельно... Мне кажется, не совсем правильно, если ты родился и живешь на территории Башкирии или Татарстана и не знаешь языка на бытовом уровне. А татарский язык такой богатый. Поэтому надо рассматривать каждый отдельный случай. И мы это делаем», — сказала она, вспомнив и про вышеупомянутое решение Конституционного суда. Но рецепт «рассматривать индивидуально» на практике не очень-то и работает.

Последнее решение принимает Алексей Песошин, то есть премьер-министр Татарстана с русской фамилией оказывается главным проводником политики изучения национальных языков / Фото: «БИЗНЕС Online»

ДЕЛО ПОЙДЕТ ПО «БАШКИРСКОМУ СЦЕНАРИЮ»?

Даже яростные сторонники сохранения нынешнего статуса-кво в отношении изучения татарского языка в школах признают, что в республике вполне возможно развитие событий по «башкирскому образцу», и оно в конечном счете приведет к тому, что татарский язык будет изучаться только на добровольной основе.

«Заставлять человека учить язык, который для него родным не является, так же недопустимо, как и снижать уровень и время преподавания русского», — напомним, что эти громкие слова президента России на июльском совещании в Йошкар-Оле были спровоцированы ситуацией в соседней республике. Там в одной из школ Уфы возник комитет по защите прав русскоязычных школьников, который пожаловался прокурору РБ Андрею Назарову на навязывание преподавания башкирского языка. Тот учинил проверку свыше трехсот школ Башкортостана, по итогам которой 25 мая вынес представление на имя главы республики Рустэма Хамитова . Суть претензий заключалась в том, что башкирский язык школы вносили в обязательную часть программы, причем кое-где в ущерб русскому.

Далее последовала череда заявлений самого Хамитова, а также министра образования и науки РБ Гульназ Шафиковой , не всегда последовательных, а иногда даже противоречащих друг другу. Там тоже поначалу делали акцент на разнице в правовом статусе башкирского языка как «родного» и как «государственного». Мол, часы родного языка действительно должны быть по выбору, а часы государственного — для всех. Но в итоге это не сработало. 22 августа на сайте прокуратуры РБ появилось разъяснение по этому вопросу: «В школах может вводиться преподавание и изучение государственных языков республик Российской Федерации, граждане имеют право на изучение родного языка из числа языков народов Российской Федерации (ст. 14 федерального закона „Об образовании в Российской Федерации“). Таким образом, законом закреплено право, а не обязанность по изучению родных языков и государственных языков субъектов Российской Федерации». И далее: «Преподавание родных языков, в том числе башкирского языка вопреки согласию родителей (законных представителей) учащихся не допускается. За нарушения равенства прав и свобод человека и гражданина предусмотрена уголовная ответственность по ст. 136 УК РФ». В итоге вопрос спустили на уровень школ: с родителей правдами и неправдами собирают заявления о том, что они хотят учить башкирский. Министр образования РБ Шафикова недавно отрапортовала, что 80% родителей заявления написали.

В прокуратуре Республики Татарстан «БИЗНЕС Online» сообщили, что в настоящее время задание Генеральной прокуратуры Российской Федерации по данному вопросу не поступило, проверки в данной сфере прокуратурой республики пока не проводятся. Тем не менее обострение, похоже, становится неизбежным. Пока что разворачивается конфронтационный сценарий — на уровне властей идет юридический спор с обменом «любезностями» через опубликованные на сайтах документы. На уровне общественности и родителей идет усиленная эмоциональная накачка, которая может небезобидно кончится. Казалось бы, всем давно ясна аксиома: вопросы языка и национальной политики настолько тонкие и чувствительные, что обращаться с ними нужно предельно деликатно. Не пора ли сторонам сесть за стол переговоров и прийти к компромиссу, не накапливая счет взаимных обид и недопонимания?

Даже яростные сторонники сохранения нынешнего статус-кво в отношении изучения татарского языка признают, что в республике вполне возможно развитие событий по «башкирскому образцу»
Фото: Максим Богодвид, РИА «Новости»

«ВОПРОС О ЯЗЫКАХ — КАК ПОСЛЕДНЯЯ СТАЛИНГРАДСКАЯ БИТВА ЗА СУВЕРЕНИТЕТ»

Эксперты «БИЗНЕС Online» по-разному оценивают сложившуюся ситуацию.

Михаил Щеглов — председатель общества русской культуры РТ:

— К сожалению, в данном разъяснении минобраза РТ ничего не говорится о поручении генпрокуратуры исследовать добровольность преподавания татарского языка в республике. Вопрос о языках для нашей региональной власти — это как последняя сталинградская битва за суверенитет. Не мытьем, так катанием до последнего будут стараться сохранить его преподавание — может быть, до тех пор, пока Путин по столу не постучит пальцем или брови не сдвинет. Но сколько веревочке ни виться, все равно придется что-то делать. А реакция минобраза понятна, потому что со стороны родителей распространяется информация, что можно отказываться от татарского языка. Они боятся, что сейчас будет шквал таких заявлений, а что с ними делать, они не знают.

Что будет дальше? Худший вариант — это то, что прокуратура РТ напишет ответ, что законодательство не нарушается, а со стороны министерства будет команда «закручивать гайки». А дальше все будет зависеть от родительского сообщества, группа в соцсети «ВКонтакте» «Комитет русскоязычных родителей Татарии» за неделю в два раза увеличило число подписчиков, там все бурлит и кипит. Но интернет интернетом, а для того, чтобы родителям пойти на разговор с директором, это нужно личное мужество. На таких родителей, как правило, начинается давление, в том числе и со стороны других родителей, мол, вы «подставляете» весь класс и школу. Хотя с наиболее цепкими и принципиальными родителями директоры здороваются за руку, а детям разрешают валять «дурака» на уроках [татарского], а оценку потом «рисуют», чтобы только не поднимали бучу. Но таких родителей будет все больше и больше, и что-то с этим нужно будет делать.

Но, как я считаю, руководству республики упорствовать в этой ситуации нельзя. Думаю, упор сейчас нужно делать на носителей татарского языка, туда деньги вкладывать, а русские никогда не были носителями татарского языка и никогда ими не станут. Если бы преподавание татарского языка было добровольным, на позитиве, то может быть, процентов 20 русских знали бы язык, но сейчас, извините, насильно мил не будешь. Пять часов ненужного тебе предмета в неделю, да еще на грамматической основе, тебе преподается! В разъяснении минобраза пишется про совершенствование методик, но про них нам 20 лет говорят, и сейчас, как говорится, поздно пить «Боржоми». Но я хотел бы подчеркнуть, мы совершенно не против татарского языка, мы за добровольность изучения, пусть у татар он будет обязательным, но чтобы для русских оно было добровольным: хочешь учить — учи.

Ркаил Зайдулла — литератор и экс-главред журнала «Гаилә һәм мәктәп»:

— Думаю, что закон должен быть в приоритете. Есть Конституция Российской Федерации, есть Конституция Татарстана, есть решение Конституционного суда... Просто удивляюсь, что люди выступают против преподавания татарского языка, в Европе обычно изучают три-четыре языка, это естественно для них. А у нас почему-то население вообще против изучения других [нерусских] языков. Это насаждение имперского сознания, я считаю. Что русский народ великий, его язык великий и могучий, а другие языки — это якобы какие-то второсортные, это сознание еще действует. Думаю, что татарский язык должны изучать все граждане Татарстана. Но если давление Москвы будет усиливаться, то? думаю, нужно разделить школы по национальному, может быть, по конфессиональному принципу. Как делить детей из смешанных браков? Если человек по происхождению татарин, но считает себя русским, то ради бога: это зависит не от крови, а от культуры, самоидентификации. Если кто-то не хочет изучать государственный язык Татарстана, то, думаю, другого пути нет. Но это очень тонкая вещь. Мы же знаем, как в Молдавии и других странах война началась из-за языка, часть жителей там не хотела изучать молдавский язык, с пренебрежением к нему относилось. Важно не переступить эту тонкую грань.

Сам я родился в Чувашии, 18 лет жил там, и хотя я не изучал чувашский язык (сейчас в моей деревне преподают чувашский язык как государственный), я знаю чувашский язык до сих пор. С интересом читаю новинки чувашский литературы и чувствую себя комфортно, горжусь, что знаю чувашский язык. На моей малой родине все татары знают чувашский язык, а чуваши татарский, и прекрасно себя чувствуют. Надо интересоваться друг другом, знать культуру соседа — это прекрасно. Особенно не понимаю, когда татарские женщины выступают против: вчера только приехали из деревни в город, может быть, вышли замуж за русского, и считают себя больше русскими, чем сами русские, выступают против своего языка.