Николай васенин биография. Уведомления

«Я скажу ей "жевузем"». Эту фразу русский солдат берёг для любимой 70 лет
Память о большой войне жива в каждой российской семье. И нет в нашей стране человека, кто бы не отмечал праздник 9 Мая и не склонил голову 22 июня / Истории ветеранов ВОВ / Статья 2014 года

О том, что Жанна найдена, жива, Васенину сообщили осторожно: возраст, сердце… Он к своим 93 годам по-французски помнил только: «хлеб», «ложка», «большой» - партизанский лексикон. Ещё

Николай Максимович Васенин, участник французского Сопротивления, кавалер ордена Почётного легиона

И ещё: «Жевузем» («Я вас люблю»). Эту фразу он берёг для неё 70 лет... Они ни разу не сказали друг другу слов любви: «Всё было и так ясно. Горело в душе. Друг без друга - никуда». И невысказанное тлело, ждало своего часа - всю долгую жизнь, в которой были каторга и жена Зина , трое детей, возраст, болезни, больницы. Всю долгую жизнь, которая не перечеркнула тех дней, что прошли во французском Сан-Сорле, среди виноградников и партизан, с Жанной , когда им обоим было едва за 20 и он был советским солдатом, а она капитанской дочкой.

Я боялась не успеть. Николай Максимович Васенин (5 декабря 1919 - 7 декабря 2014), участник французского Сопротивления, кавалер ордена Почётного легиона, единственный русский ветеран Великой войны, удостоенный Францией этой награды, уже лежал в больнице, ему грозила ампутация. С его дочерью Татьяной мы пол-лета планировали мою командировку на Урал. И вот я в палате городской больницы Березовского. Николай Максимович - на больничной койке, его голос еле слышен, мне приходится кричать ему в ухо, переспрашивать у Татьяны даты и детали, которые он уже путает. Но главное - я всё-таки слышу, слышу то, за чем летела на Урал: историю Коли и Жанны, разлучённых войной, лагерями, судьбой и капитаном Моно.

Таким Николай Васенин уходил на войну. Таким его полюбила Жанна Моно

Отряд Николя

Он начинал войну ещё в 1939 г. судовым механиком из мурман­ского училища. Первый раз ранило в Финляндии. «Добило - под Минском. Открываю глаза: на лице немецкий сапог». В лагеря отправили во Францию, «горбатую страну, где одни собаки и виноградники, лозы в колючих проволоках, сложно бежать». Но он бежал. Спрашиваю: как? Отвечает: ногами. Шутит, смотрит лукаво, сидя на больничной койке. Я льну к нему, чтобы лучше слышать, в длинные паузы додумываю то, что не сказал… «Война - прополка людей», - шепчет. Всполохами - воспоминания о лагере: бараки, кормёжка, как для скота. Копал траншеи для прокладки телеграфной линии Берлин - Париж, соединяли ставку Гитлера. После побега примкнул к партизанам, не говоря ни слова по-французски: «Кулаки были, слова не нужны». Движение Сопротивления совсем не походило на наших, советских партизан: французские крестьяне жили по домам, днём работали, а ночью совершали диверсии, шли в атаки. Васенин: «Как-как, Вазелин? Странная фамилия, - говорили французы. - Будешь ты лучше Вуатье - Глухо­немой». Жил в горах у крестьянина в доме, днём пахал на него, а по ночам спускался в деревушку Сан-Сорле и боролся с режимом. В первый бой - без оружия: проверяли… «В три часа собака колли родила 8 щенков», - передавали по радио, и те, кому надо, понимали: в три часа сбросят 8 парашютистов. Вскоре Глухонемой стал командиром отряда (его так и называли - «отряд Николя») в 50 человек: «А что, на пальцах всё объяснял да и язык чуть-чуть подучил». Главным в тех местах был капитан Моно: и когда Николя в очередной раз ранило, тот взял его в дом. С бинтами и перекисью водорода вошла в комнату прекрасная Жанна…

Её фотография лежит дома у Николая Максимовича в г. Березовском Свердловской обл. Этот снимок под запретом: родственники Жанны, передавшие его, просили не предавать карточку огласке. Ведь это скандал!.. 70 лет прошло! Есть муж и сын! И тут какой-то Николя… И поэтому я спрашиваю у него, какой она была. «Тёмные вьющиеся волосы, - говорит он, - цвет глаз - не помню…» «Да на Зину она очень похожа!» - тоже шепча, подсказывает дочь Татьяна.

«Она поливала мою рану перекисью, та пенилась, закипала - и так же закипала наша любовь… Она лила-лила, а потом целовала, потом снова лила…»

Они скрывали эту любовь ото всех: «Подумайте сами: оборванец, единственное, что было, - винтовка да рваные штаны, сшитые из одеяла, и дочь самого капитана Моно! Люди бы просто подняли на смех! Так мы скрывались в её комнатке, она играла на пианино Шопена, я читал ей наизусть всего «Евгения Онегина».

Летом 2014 г., когда Васенин приехал в Сан-Сорле, пианино стояло на месте.

Розы плакали

К концу войны Васенина перевели в Париж - начальствовать в воинском учёте дипмиссии Союза и заведовать отправкой советских солдат на родину. Он и отправлял: счастливых, что едут домой. Попадавших вместо дома сразу в теплушки - и на Севера. Он свято верил, что делает нужное дело. Он ведь и сам однажды отправился в этот путь… А пока Жанна преодолевала полтысячи километров из Сан-Сорле в Париж, и они гуляли по Елисейским Полям, жевали багет, кормили голубей и целовались… В один из дней Васенин отправился к капитану Моно просить Жанниной руки. Капитан отказал. Побоялся, что тот увезёт дочь в СССР. «Первым же транспортом я отбыл в Россию». Как отрезал. Знал ли разум, что навсегда? Чувствовало ли правду сердце?..

Ехал героем, с орденами - их первыми сорвал с груди совет­ский офицер: «Лучше бы ты проститутку привёз». Враг народа, предатель, кто тебя знает, что ты делал во Франции: вот тебе 15 лет лагерей. Угольные копи, оловянные рудники. «Всё время оборванный, голодный, урвать бы кусок покушать - хоть у собаки…» Там же враг народа встретил Зину - члена партии. Она была геологом; когда конвои­ровали партию бежавших и пойманных зэков, плюнула им вслед: «Там им, ублюдкам, и надо!» «Девушка, вы слишком юны, чтобы так судить», - по­правил её зэк Васенин. А про себя подумал: «Я тебя накажу: женюсь». Волосы тёмненькие, витые…

Фото: Из личного архива

Вышел срок, и они переехали в Березовский, уже с тремя детьми.

«Чулочки и ножки, у женщины всегда должны быть чулочки и ножки», - всегда говорил папа, - подсказывает Татьяна, - и маму всю жизнь одевал сам, сам ходил по дамским магазинам…»

В 2007 г. Зина умерла, Васенин поставил на себе крест, стал отказываться от лекарств, угасать… По ночам являлись погибшие друзья по Сопротивлению, вились тёмные волосы - то ли Зины, то ли Жанны… Тогда, после смерти жены, он впервые рассказал о своей первой любви: «До этого берёг чувства Зины». Друг Васенина Валерий Лобанов, владелец турфирмы, вытряс из него эту историю: «Договоримся так: я нахожу тебе Жанну, а ты начинаешь лечиться». Они договорились. Писали в «Жди меня», Шарлю Азнавуру, дважды кавалеру ордена Почётного легиона, спевшему «Вечную любовь», писали в сотни мест. Лобанов дошёл до свердловского губернатора, тот вышел на французского журналиста и историка Брайяра. Брайяр по­ехал в Сан-Сорле и нашёл Жанну Моно.

После войны она родила сына от партизана Брюне, погибшего, когда она была беременна, и завещавшего брату Роберту жениться на своей любимой. Жанна вышла замуж за Роберта, всю жизнь прожила в Сан-Сорле, помогая отцу в их семейной лавочке и играя на пианино Шопена.

В 2013 г. она лежала в доме престарелых с «альцгеймером» и не узнавала даже сына Пьера.

Какой там Николя…

Брайяру не поверили. Но карточку Жанны в Березовский передали. На ней ей было едва-едва за 20.

А Николай Максимович стал собираться во Францию. К тому моменту он уже был уральской звездой, о нём снимали фильм - для съёмок требовалось привезти героя на места сражений и любви. И его повезли. Он одолел этот путь и прошёл по улицам Сан-Сорле, и видел пианино, у которого закипала его любовь… Только не увидел он Жанны. Она его не дождалась. Последние недели она провела в коме, Пьер находился при матери неотлучно… В январе этого года она умерла. Васенину сказали об этом после 9 Мая. Он зарыдал на плече у Татьяны…

Во Франции его встречали с военным оркестром. Победитель, освободитель, герой.

Он купил букет бордовых роз и пошёл на могилу Жанны Моно. Увидеть в последний раз, поклониться, сказать наконец «жевузем».

Розы были в капельках росы. «Они плакали».

Васенин Н. М. в Советскую Армию был призван Мурманским ГВК 20.11.1939 г. Службу проходил в 271-м мотострелковом полку 17-ой мотострелковой дивизии. В январе-феврале 1940 г. участвовал в боях с белофиннами. Был ранен. С началом Великой Отечественной войны в составе того же 271-го полка в качестве командира взвода в бою под Минском был тяжело ранен и попал в плен к немцам. По излечении содержался в лагерях военнопленных. Будучи вывезен на территорию Франции, 8 октября 1943 года сбежал из плена и с 20 октября того же года до 2 сентября 1944 года служил во французском Сопротивлении в качестве командира боегруппы. Участвовал в боевых действиях против немецких оккупантов в департаменте Дром. Имел ранение.

Из справки КГБ

Не зря существует выражение «сухой документ». И далеко не всегда оно соответствует понятию «историческая истина». Жизнь Николая Васенина — яркое тому подтверждение. Скупые строки официальных бумаг бесстрастно регистрируют вехи его жизненного пути, но им не дано претворить факты в судьбу, а значит, не под силу и поведать о славе, счастье, любви и душевной драме солдата последней Великой войны.

ЮНЫЕ ГОДЫ

Маленький Коля появился на свет в семье крестьянина Максима Васенина 5 декабря 1919 года — в самый разгар Гражданской войны. Васенины жили в селе Пышак Орловского уезда Вятской губернии. По тогдашним понятиям они принадлежали к крепким «середнякам» — зажиточным крестьянам, имевшим большое хозяйство, с лошадьми и коровами, но не использовавшим наемный труд. Васенины привыкли во всем обходиться своими силами — сами работали на земле, пасли скот, ткали одежду, скатерти, простыни, благо рабочих рук хватало. Николай был самым младшим, пятым ребенком в семье и, подобно братьям и сестрам, сызмала помогал по хозяйству. В домашнем быту Васенины тоже жили по старинке, патриархальным обычаем. Авторитет отца в семье был незыблем. От него юный Николай получил первый урок любви к родной земле. Однажды, когда он, расшалившись, бросил комок земли в чужой огород, отец взял его за руку и сказал: «Сын, что же ты делаешь? Это же земля! Землю береги!»
Отцовский завет не забылся.

Коллективизация выбила васенинский молодняк из крестьянской колеи. Николай, закончив семилетку, подался в Мурманск, где в конце концов поступил в морской техникум. Перед призывом в армию успел поработать судовым механиком. В ноябре 1939 года получил повестку из военкомата. Спустя десять дней началась война с Финляндией.

НА ВОЙНЕ И В ПЛЕНУ

На фронт Николай Васенин попал, едва окончив курс молодого бойца. В январе 1940 года его определили пулеметчиком в 17-ю мотострелковую дивизию, воевавшую на Карельском перешейке. Здесь он принял боевое крещение, и вскоре был отправлен в тыл с тяжелым ранением. Выздоровление заняло полгода. По выходе из госпиталя его направили на курсы среднего комсостава при штабе дивизии. Май 1941 года — успешная аттестация на звание лейтенанта. Вот только офицерские петлицы курсант Васенин получить не успевает — по радио звучит выступление Молотова и «Вставай, страна огромная!..».

В первые дни войны 17-я мотострелковая дивизия дислоцировалась в районе Полоцка. Васенин исполнял должность командира взвода связи 271-го стрелкового полка. Его сослуживец Антон Семяшкин вспоминал: «В мае-июне начали передислоцирование в сторону границы. Был приказ перейти на летние лагеря. И когда началась война, комдив воскликнул: „Чем же я буду воевать, подушками что ли?!‟. Приказ основывался на словах Сталина: „Не поддаваться на провокации‟. В результате ни один патрон, ни один снаряд не был отправлен вместе с нами, все осталось на складах. Не то, что воевать — застрелиться было нечем!»

«Война — прополка людей», — говорил позднее сам Николай Максимович.

При отступлении 271-й полк попал в окружение под Минском. Шестого июля Васенин поднял свой взвод на прорыв. Солдатское счастье покинуло его во время атаки второго кольца окружения. Немецкая пуля угодила в живот... Когда Васенин очнулся, на лице у него был сапог — немецкий солдат проверял, жив ли...

Раненый боец без офицерских знаков отличия не вызвал у немцев интереса. Васенина вместе с другими военнопленными отправили в фильтрационный лагерь, а оттуда — в санитарный барак шталага № 4Б близ Мюльберга (в земле Бранденбург). Случилось чудо: он не только выздоровел, но и пережил страшную зиму 1941/1942 года, ставшую последней для двух миллионов пленных красноармейцев, погибших от бесчеловечных условий содержания и в результате массовых казней.

В плену

На исходе второго года плена Васенина перевели в шталаг № 5, который находился в городе Вольфен (земля Саксония-Анхальт). Надзор за пленными здесь был не таким строгим, и Васенин при первой же возможности бежал. Целый месяц ему удавалось скрываться в самом центре Германии. Когда же его все-таки поймали и препроводили в гестапо, там ему пришлось пройти через ад допросов «с пристрастием», сопровождавшихся избиениями. Впрочем, немцы в то время уже старались не расходовать зря рабочую силу. Еле живого Васенина вернули в лагерь и вскоре отправили во Францию прокладывать телеграфную линию связи.

Рабочая команда, к которой он был приписан, копала ямы под телеграфные столбы от города к городу: Верден — Лион — Саренберг. Французские Альпы запомнились Васенину как «горбатая страна, где одни собаки и виноградники, лозы в колючих проволоках, сложно бежать». И все же в октябре 1943 года, не зная французского языка и — его слова — «представляя страну по романам Гюго, Дюма и Мопассана», он вновь отважился на побег.
На этот раз ему повезло. После нескольких дней блужданий изможденного беглеца приютили жители коммуны Сен-Сорлин-ан-Валлуар (Saint-Sorlin-en-Valloire), в департаменте Дром.

ОТРЯД НИКОЛЯ

Неофициальную власть в этих местах представлял капитан Жорж Моно — командир крупного отряда макизаров.
Ему понравился храбрый русский. На предложение вступить в ряды Сопротивления Васенин согласился без раздумий. Новому гражданину коммуны выправили документы на имя Николя Бутье (Boutié) . Поначалу Васенину приходилось объясняться с местными при помощи жестов или рисунков. «Но мне язык легко дался, я много литературы читал», — с улыбкой вспоминал он.

Впрочем, для выполнения боевых заданий знания французского языка особо и не требовалось: «Кулаки были — слова не нужны». Схему операции чертили на бумаге, или просто на песке, выделяя населенные пункты, возле которых нужно было минировать дороги или атаковать немецкие гарнизоны. Оружием и боеприпасами макизаров снабжали англичане, сбрасывая все необходимое с самолетов. В отличие от советских партизан, люди Моно не скрывались в лесах.

Днем они были мирными обывателями, фермерами, а ночью превращались в борцов с нацизмом, совершая диверсии в Лилле, Вердене, Гренобле, Марселе, Сен-Рамбере... Васенин жил в горах, в доме у одного крестьянина, помогая ему по хозяйству. Но с наступлением ночи он спускался в деревушку Сен-Сорлин, чтобы присоединиться к своим боевым товарищам.

На первое задание он пошел с одним ножом — так Моно проверял новичков: добывать себе оружие им приходилось буквально голыми руками. «Выжил да еще с ружьем вернулся — значит, наш человек», — пояснял позже Васенин методы своего командира. Говорил без обиды, скорее с бравадой в голосе. Он всегда лез в самое пекло — и быстро стал своим в отряде. Доверие к нему французов было таково, что его назначили командиром боевой группы. Ее так и называли — «Отряд Николя».

Под началом Васенина было полсотни человек, среди которых много русских, освобожденных или сбежавших из немецкого плена. С ними он принял участие в восстании местных макизаров против вишистского правительства, вспыхнувшем по призыву Шарля де Голля в июне 1944 года. Немцы бросили на подавление восстания 20 тысяч солдат. Повстанцам пришлось тяжело, но они не пали духом. Так, Васенину удалось при помощи переговоров склонить к сдаче карательный отряд, состоявший из 120 солдат — выходцев из среднеазиатских республик СССР, облаченных в немецкую форму. А спустя два месяца, когда на юге Франции высадились войска союзников, «Отряд Николя» лихим налетом захватил городок Сен-Рамбер-д’Альбон (Saint-Rambert-d’Albon). Васенин лично сорвал с ратуши немецкий флаг и сжег его. Французские бойцы отряда устроили позорное наказание женщинам, которые имели связи с немцами: облили их медом и обсыпали золой. Партизаны удерживали город в течение нескольких недель до подхода англо-американских войск, и все это время «месье Николя» исполнял обязанности коменданта. За освобождение Сен-Рамбер-д`Альбона Васенин был представлен к награде — Кресту бойца (учрежден в 1930 году для награждения тех, «кто с риском для своей жизни защищал Родину»; аналог советской медали «За отвагу») .

НА РОДИНЕ

С приходом англо-американских войск «Отряд Николя» прекратил боевые действия. В начале осени Васенина вызвали в освобожденный Париж, где уже работала советская военная миссия. Там ему наконец выдали советскую форму с лейтенантскими погонами и назначили начальником военно-учетного стола. В январе 1945 года перевели в Марсель на должность начальника штаба полка по организации и отправке советских граждан на родину.

Мысли о доме теперь не покидали его. В начале апреля Николай Максимович не выдержал и написал рапорт об отправке в СССР. Знал, конечно, что все бывшие военнопленные проходят жесткую проверку в НКВД, но надеялся на свои боевые заслуги. Верность Родине хотел подтвердить на намечавшейся войне с японцами. Ходатайство его было удовлетворено, и уже 20 апреля сухогруз доставил его вместе с другими репатриированными в Одессу.

Перед выходом на берег лейтенант Васенин с гордостью надел мундир с Крестом бойца. Однако Родина встретила своих сыновей неприветливо. Офицер НКВД перед строем репатриантов сорвал с груди Васенина «буржуазную» награду и швырнул ее в море. Еще и пошутил мерзко: «Лучше бы ты проститутку с собой привез, чем медаль». И хотя ничего компрометирующего в биографии Васенина проверяющие не нашли, военный трибунал приговорил «изменника Родины» к 15 годам ссылки. Мало ли, чего он там нахватался за границей...

До 1960-х годов Васенин работал на угольных и оловянных шахтах в Читинской области (поселок Букачачу). Как сказано в документах, «находился в принудительной командировке». Жизнь ссыльного была не сахар: «Все время оборванный, голодный, урвать бы кусок покушать — хоть у собаки…». Смерть Сталина принесла некоторое послабление в содержании — Васенину разрешили жить в поселке и выезжать на небольшие расстояния.

Тогда-то Николай Максимович обрел семейное счастье. Его избранницу — обладательницу темных витых волос — звали Зина (Зинаида Васильевна). В 1944 году после окончания техникума она по воле сердца отправилась в Забайкалье, где с тех пор работала геологоразведчицей. Васенин покорил ее сердце своим пением. «Ехали верхом на лошадях с прииска в трест, — вспоминала Зинаида Васильевна, — он по дороге запел. Ой, какой у него голос был! Потом пригласил в кино раз, другой... Там, в Читинской области, у нас и трое детей народились».

В последние годы ссылки Васенин занимал высокий и ответственный пост начальника электростанции. Тем не менее, по окончании срока ссылки жена уговорила его переехать на Урал, в ее родной город Березовский. Клеймо изменника родины окончательно было снято с Николая Максимовича только в середине 1980-х годов, с началом «перестройки». В 2005 году власти Французской республики наградили его Орденом Почетного Легиона — единственного из всех русских участников французского Сопротивления.

СЕРДЕЧНАЯ ТАЙНА

Рассказы о Франции были для близких Николая Максимовича семейной легендой. Говорил он всегда о товарищах из отряда, изредка припоминал и свои подвиги.

Но в 2007 году, после смерти Зинаиды Васильевны, дети Николая Максимовича услышали историю, о которой их отец никогда прежде не упоминал — берег чувства жены.

Жанна Моно. Дочь капитана Жоржа Моно — вот о ком бережно хранил память все эти годы Васенин. Они познакомились в доме капитана, где весной 1944 года одна из комнат была отведена раненому Николя Бутье. Жанна ухаживала за ним. У нее были темные вьющиеся волосы, как у Зины, а вот цвет глаз Николай Максимович за давностью лет вспомнить уже не мог...

«Она поливала мою рану перекисью, та пенилась, закипала — и так же закипала наша любовь… Она лила-лила, а потом целовала, потом снова лила…».

Когда капитана Моно не было дома, влюбленные перебирались в комнату Жанны. Она играла на пианино Шопена, он — читал ей наизусть из «Евгения Онегина».

О том, чтобы открыться ее отцу, не было и речи. Николай Максимович, крестьянский сын, отлично понимал, что такое мезальянс. Даже спустя десятки лет он говорил журналистам: «Подумайте сами: оборванец, единственное, что было, — винтовка да рваные штаны, сшитые из одеяла, и дочь самого капитана Моно! Люди бы просто подняли на смех!»

Попросить ее руки он отважился только в Париже, когда надел советскую офицерскую форму. Моно отказал без объяснения причин.

НЕСОСТОЯВШАЯСЯ ВСТРЕЧА

После смерти Зины Николай Максимович сильно сдал, махнул на себя рукой... К жизни его вернули слова друга, Валерия Лобанова, владельца турфирмы: «Договоримся так: я нахожу тебе Жанну, а ты начинаешь лечиться».
Отныне все его мысли были о предстоящей встрече. Однажды, во дворе дома, он увидел женщину — она показалась ему вылитой Жанной. Едва сдержался, чтобы не окликнуть ее.

Стараниями СМИ история ветерана из Березовского стала достоянием общественности. К поискам Жанны подключились десятки волонтеров. Но дело сдвинулось с мертвой точки лишь после того, как глава Свердловской области Евгений Куйвашев познакомил с собранными архивными материалами о Васенине французского журналиста, сотрудника радио «Голос России» Лорана Браяра (Laurent Brayard).

Браяр перенес расследование на территорию Франции. Весной 2013 года он посетил Сен-Сорлин и при помощи местной Ассоциации ветеранов вышел на след Жанны. Оказалось, что после отъезда Васенина в СССР она родила сына Пьера. Отцом его считается французский повстанец Брюне, погибший в 1944 году, до рождения ребенка. «Но мне показалось, — делился своими впечатлениями Браяр, — что это сын Васенина, очень на него похож» . По окончании войны Жанна вышла замуж за погибшего брата Брюне по имени Робер, который тоже воевал в отряде Сопротивления.

Что касается боевых товарищей Васенина из отряда капитана Моне, то к моменту приезда Браяра в живых оставался единственный из них — Марсель Марс. Однако и он скончался 17 марта 2013 года, как раз в те дни, когда Браяр пытался связаться с ним.

Жестокая судьба словно говорила всем участникам этой истории: «Слишком поздно». Ни Жанны Моно, ни Жанны Брюне уже давно не существовало — она лежала в пансионате для престарелых, разбитая болезнью Альцгеймера, и не узнавала даже собственного сына. Весной 2014 года ее не стало.

Попытка воскресить прошлое привела в тупик. И все же Николай Максимович нашел в себе силы на поездку тем же летом по местам боевой славы. В Сен-Сорлин его встретили как героя — были торжественные речи, историческая реконструкция боя макизаров с немцами, присвоение звания почетного гражданина. И свежая могила на сельском кладбище...

Николай Максимович на могиле Жанны Моно. Сен-Сорлин. Лето 2014 года.

На родину он возвращался через Париж, как и тогда — в победном 1945-м.

«Увидеть Париж и умереть» — на этот раз знаменитая поговорка оправдалась. Николай Максимович Васенин умер 7 декабря 2014 года. Возможно, счастливым.

Публикация:
Сергей Цветков . Николай Васенин — русский герой французского Сопротивления // Ежегодный доклад франко-российского аналитического центра Обсерво

Николай Максимович Васенин (5 декабря 1919 - 7 декабря 2014) - советский военный. В Рабоче-крестьянской Красной Армии служил с ноября 1939 по июль 1941 года и с сентября 1944 по апрель 1945 года. Участник советско-финской и Великой Отечественной войн, лейтенант.

В июле 1941 года попал в плен и больше двух лет находился в немецких лагерях для военнопленных. В октябре 1943 года совершил побег и 20 октября был официально зачислен в ряды французского Движения Сопротивления. После освобождения Франции союзными войсками служил офицером советской военной миссии во Франции. В апреле 1945 года вернулся в СССР, где подвергся репрессиям. Был осуждён на 15 лет ссылки. Освобождён в 1960 году, реабилитирован в середине 1980-х.

В 2005 году за заслуги перед Французской Республикой и в ознаменование 60-летия победы во Второй мировой войне указом Президента Франции Жака Ширака награждён орденом Почётного легиона. Почётный гражданин города Берёзовского (2008).

Биография

До призыва на военную службу

Родился 5 декабря 1919 года в селе Пышак Орловского уезда Вятской губернии РСФСР (ныне село Юрьянского района Кировской области Российской Федерации) пятым, самым младшим ребёнком в семье крестьянина Максима Николаевича Васенина. Русский.

Многодетная семья Васениных жила в достатке благодаря крепкому крестьянскому хозяйству, в котором было несколько коров и лошадей. Для содержания такого большого хозяйства дети с малых лет помогали родителям на сельхозработах. Николай Васенин рано приобщился к крестьянскому труду: вместе с остальными он пахал землю, косил сено, жал зерновые и ухаживал за скотом. Тем не менее, для нужд большой семьи собственного земельного надела не хватало, поэтому у Васениных даже сложился свой, особый культ земли. По воспоминаниям Н. М. Васенина:

Однажды я бросил комок земли в чужой огород. Отец взял меня за руку и сказал: «Сын, что же ты делаешь? Это же земля! Землю береги!» С этим заветом и живу.

Предположительно поэтому после окончания семилетки Николай Васенин поступил в гидромелиоративный техникум. Не долго в нём проучившись, бросил учёбу, поняв, что его призвание - это море. Уехал к старшей сестре в Мурманск, где поступил в морской техникум. Получив специальность механика океанических судов, начал работать в Мурманском морском пароходстве, а в ноябре 1939 года получил повестку из военкомата.

На службе в РККА

В ряды Рабоче-крестьянской Красной Армии Н. М. Васенин был призван Мурманским городским военкоматом 20 ноября 1939 года. Пока Николай Максимович проходил курс молодого бойца и осваивал воинскую специальность пулемётчика, началась война с Финляндией. В январе 1940 года его направили в 17-ю мотострелковую дивизию. В боях с финскими войсками красноармеец Васенин - с 20 января 1940 года. Боевое крещение принял на реке Пуннус-йоки на Карельском перешейке. Вскоре был тяжело ранен и шесть месяцев лечился в госпитале. После возвращения в строй решил остаться в армии и был направлен на учёбу в школу среднего комсостава при штабе 17-й стрелковой дивизии. В мае 1941 года прошёл аттестацию на лейтенанта, но офицерские петлицы получить не успел из-за срочной переброски дивизии к западной границе СССР. Начало Великой Отечественной войны Николай Максимович встретил в должности командира взвода связи 271-го стрелкового полка 17-й стрелковой дивизии. О том, в каких условиях пришлось сражаться дивизии в первые дни войны, пишет однополчанин Николая Васенина - пермяк Антон Николаевич Семяшкин:

Наша 17-я стрелковая дивизия, 271-й стрелковый полк, где я проходил службу, базировалась близ Полоцка. В мае-июне начали передислоцирование в сторону границы. Был приказ перейти на летние лагеря. И когда началась война, комдив воскликнул: «Чем же я буду воевать, подушками что ли?!». Приказ основывался на словах Сталина: «Не поддаваться на провокации». В результате ни один патрон, ни один снаряд не был отправлен вместе с нами, всё осталось на складах. Не то что воевать - застрелиться было нечем!

Из письма А. Н. Семяшкина.

Васенин - это новый художественный фильм Андрея Григорьева, экранизация о подвиге русского солдата с необыкновенной судьбой. Съемочная группа не торопится делать перерыв и собирать лавры признания, а напротив почти сразу после конца съемок документальной картины был дан старт созданию художественного фильма. Команда х/ф "ВАСЕНИН" берет на себя миссию более глубоко и детально погрузить нас в атмосферу Второй Мировой войны от лица главного героя, Николая Максимовича Васенина, используя все самые новые инструменты и технологии кинематографа.

Немного о Николае Максимовиче и его жизни:

В 1940 году пулемётчик Васенин получил тяжёлое ранение. После лечения в госпитале он окончил курсы среднего комсостава, стал командиром взвода связи. С первых дней Великой Отечественной войны оказался в самом её пекле. В июле 1941 года его полк попал в окружение под Минском. Снова ранение и плен.

Воспользовавшись халатностью охранников, заключённый с лагерным номером 103789 совершает побег. За его плечами уже есть одна неудачная попытка, закончившаяся жестокими побоями в гестапо. Но это только гонит его вперёд. Оккупированная Франция, октябрь 1943 года. Группа советских военнопленных копает ямы для телеграфных столбов, где будет проходить немецкая линия связи.

Через несколько дней, голодный и почти лишившийся сил, он добирается

до городка Сен-Сорлин-ан-Валлуар на юге Франции. Вскоре Николай Васенин под именем Николь Вутье становится участником Движения Французского Сопротивления. Во время одной из боевых операций он был серьёзно ранен.

Его выходила дочь командира - Жанна Моно. Между молодыми людьми возникла симпатия, которая скоро переросла в романтические отношения. Николя и Жанна планировали пожениться. Бабушка Жанны была на их стороне, но капитан Жорж Моно был категорически против.В апреле 1945 года Васенин возвращается в СССР, где был приговорен к 15 годам исправительно-трудового лагеря за то, что сдался в плен немцам и служил Франции. Он отбывал наказание в ГУЛАГе. После истечения срока приговора Николай Максимович с женой и тремя детьми переезжает на Урал, в город Березовский.

Летом 2014 года, несмотря на преклонный возраст, Николай Максимович в сопровождении съёмочной группы отправляется во Францию, где он рассчитывал повидать свою возлюбленную, однако судьба сложилась иначе и проститься с Жанной удалось лишь на её Могиле.

Николая Максимовича не стало 7 декабря 2014, но память о нём будет продолжать жить в кино. О его подвигах снимут ещё не один десяток фильмов. Нам повезло знать его лично и задокументировать всю правду его прошлого.

Сейчас:

На данный момент съемочная группа готовится к созданию художественного фильма, который будет являться по-настоящему народным. Общий бюджет фильма составит приблизительно 70 миллионов рублей. Первые 200 тысяч рублей - это те необходимые деньги, которые мы направим на написание сценария и организацию предпродакшн периода.

Мы живем во время, когда получить финансирование на производство хорошего независимого кино от государства и крупных компаний практически нереально. Однако здесь и сейчас мы с вами имеем возможность творить историю и снимать достойное Российское кино вместе. Дак-давайте же используем этот шанс максимально эффективно и дерзко!

Васенин Н. М. в Советскую Армию был призван Мурманским ГВК 20.11.1939 г. Службу проходил в 271-м мотострелковом полку 17-ой мотострелковой дивизии. В январе-феврале 1940 г. участвовал в боях с белофиннами. Был ранен. С началом Великой Отечественной войны в составе того же 271-го полка в качестве командира взвода в бою под Минском был тяжело ранен и попал в плен к немцам. По излечении содержался в лагерях военнопленных. Будучи вывезен на территорию Франции, 8 октября 1943 года сбежал из плена и с 20 октября того же года до 2 сентября 1944 года служил во французском Сопротивлении в качестве командира боегруппы. Участвовал в боевых действиях против немецких оккупантов в департаменте Дром. Имел ранение.
Из справки КГБ

Не зря существует выражение «сухой документ». И далеко не всегда оно соответствует понятию «историческая истина». Жизнь Николая Васенина — яркое тому подтверждение. Скупые строки официальных бумаг бесстрастно регистрируют вехи его жизненного пути, но им не дано претворить факты в судьбу, а значит, не под силу и поведать о славе, счастье, любви и душевной драме солдата последней Великой войны.

ЮНЫЕ ГОДЫ

Маленький Коля появился на свет в семье крестьянина Максима Васенина 5 декабря 1919 года — в самый разгар Гражданской войны. Васенины жили в селе Пышак Орловского уезда Вятской губернии. По тогдашним понятиям они принадлежали к крепким «середнякам» — зажиточным крестьянам, имевшим большое хозяйство, с лошадьми и коровами, но не использовавшим наемный труд. Васенины привыкли во всем обходиться своими силами — сами работали на земле, пасли скот, ткали одежду, скатерти, простыни, благо рабочих рук хватало. Николай был самым младшим, пятым ребенком в семье и, подобно братьям и сестрам, сызмала помогал по хозяйству. В домашнем быту Васенины тоже жили по старинке, патриархальным обычаем. Авторитет отца в семье был незыблем. От него юный Николай получил первый урок любви к родной земле. Однажды, когда он, расшалившись, бросил комок земли в чужой огород, отец взял его за руку и сказал: «Сын, что же ты делаешь? Это же земля! Землю береги!»
Отцовский завет не забылся.

Коллективизация выбила васенинский молодняк из крестьянской колеи. Николай, закончив семилетку, подался в Мурманск, где в конце концов поступил в морской техникум. Перед призывом в армию успел поработать судовым механиком. В ноябре 1939 года получил повестку из военкомата. Спустя десять дней началась война с Финляндией.

НА ВОЙНЕ И В ПЛЕНУ

На фронт Николай Васенин попал, едва окончив курс молодого бойца. В январе 1940 года его определили пулеметчиком в 17-ю мотострелковую дивизию, воевавшую на Карельском перешейке. Здесь он принял боевое крещение, и вскоре был отправлен в тыл с тяжелым ранением. Выздоровление заняло полгода. По выходе из госпиталя его направили на курсы среднего комсостава при штабе дивизии. Май 1941 года — успешная аттестация на звание лейтенанта. Вот только офицерские петлицы курсант Васенин получить не успевает — по радио звучит выступление Молотова и «Вставай, страна огромная!..».

В первые дни войны 17-я мотострелковая дивизия дислоцировалась в районе Полоцка. Васенин исполнял должность командира взвода связи 271-го стрелкового полка. Его сослуживец Антон Семяшкин вспоминал: «В мае-июне начали передислоцирование в сторону границы. Был приказ перейти на летние лагеря. И когда началась война, комдив воскликнул: „Чем же я буду воевать, подушками что ли?!‟. Приказ основывался на словах Сталина: „Не поддаваться на провокации‟. В результате ни один патрон, ни один снаряд не был отправлен вместе с нами, все осталось на складах. Не то, что воевать — застрелиться было нечем!»

«Война — прополка людей», — говорил позднее сам Николай Максимович.

При отступлении 271-й полк попал в окружение под Минском. Шестого июля Васенин поднял свой взвод на прорыв. Солдатское счастье покинуло его во время атаки второго кольца окружения. Немецкая пуля угодила в живот... Когда Васенин очнулся, на лице у него был сапог — немецкий солдат проверял, жив ли...

Раненый боец без офицерских знаков отличия не вызвал у немцев интереса. Васенина вместе с другими военнопленными отправили в фильтрационный лагерь, а оттуда — в санитарный барак шталага № 4Б близ Мюльберга (в земле Бранденбург). Случилось чудо: он не только выздоровел, но и пережил страшную зиму 1941/1942 года, ставшую последней для двух миллионов пленных красноармейцев, погибших от бесчеловечных условий содержания и в результате массовых казней.

В плену

На исходе второго года плена Васенина перевели в шталаг № 5, который находился в городе Вольфен (земля Саксония-Анхальт). Надзор за пленными здесь был не таким строгим, и Васенин при первой же возможности бежал. Целый месяц ему удавалось скрываться в самом центре Германии. Когда же его все-таки поймали и препроводили в гестапо, там ему пришлось пройти через ад допросов «с пристрастием», сопровождавшихся избиениями. Впрочем, немцы в то время уже старались не расходовать зря рабочую силу. Еле живого Васенина вернули в лагерь и вскоре отправили во Францию прокладывать телеграфную линию связи.

Рабочая команда, к которой он был приписан, копала ямы под телеграфные столбы от города к городу: Верден — Лион — Саренберг. Французские Альпы запомнились Васенину как «горбатая страна, где одни собаки и виноградники, лозы в колючих проволоках, сложно бежать». И все же в октябре 1943 года, не зная французского языка и — его слова — «представляя страну по романам Гюго, Дюма и Мопассана», он вновь отважился на побег.
На этот раз ему повезло. После нескольких дней блужданий изможденного беглеца приютили жители коммуны Сен-Сорлин-ан-Валлуар (Saint-Sorlin-en-Valloire), в департаменте Дром.

ОТРЯД НИКОЛЯ

Неофициальную власть в этих местах представлял капитан Жорж Моно — командир крупного отряда макизаров.

Ему понравился храбрый русский. На предложение вступить в ряды Сопротивления Васенин согласился без раздумий. Новому гражданину коммуны выправили документы на имя Николя Бутье (Boutié) . Поначалу Васенину приходилось объясняться с местными при помощи жестов или рисунков. «Но мне язык легко дался, я много литературы читал», — с улыбкой вспоминал он.

Впрочем, для выполнения боевых заданий знания французского языка особо и не требовалось: «Кулаки были — слова не нужны». Схему операции чертили на бумаге, или просто на песке, выделяя населенные пункты, возле которых нужно было минировать дороги
или атаковать немецкие гарнизоны. Оружием и боеприпасами макизаров снабжали англичане, сбрасывая все необходимое с самолетов. В отличие от советских партизан, люди Моно не скрывались в лесах.

Днем они были мирными обывателями, фермерами, а ночью превращались в борцов с нацизмом, совершая диверсии в Лилле, Вердене, Гренобле, Марселе, Сен-Рамбере... Васенин жил в горах, в доме у одного крестьянина, помогая ему по хозяйству. Но с наступлением ночи он спускался в деревушку Сен-Сорлин, чтобы присоединиться к своим боевым товарищам.

На первое задание он пошел с одним ножом — так Моно проверял новичков: добывать себе оружие им приходилось буквально голыми руками. «Выжил да еще с ружьем вернулся — значит, наш человек», — пояснял позже Васенин методы своего командира. Говорил без обиды, скорее с бравадой в голосе. Он всегда лез в самое пекло — и быстро стал своим в отряде. Доверие к нему французов было таково, что его назначили командиром боевой группы. Ее так и называли — «Отряд Николя».

Под началом Васенина было полсотни человек, среди которых много русских, освобожденных или сбежавших из немецкого плена. С ними он принял участие в восстании местных макизаров против вишистского правительства, вспыхнувшем по призыву Шарля де Голля в июне 1944 года. Немцы бросили на подавление восстания 20 тысяч солдат. Повстанцам пришлось тяжело, но они не пали духом. Так, Васенину удалось при помощи переговоров склонить к сдаче карательный отряд, состоявший из 120 солдат — выходцев из среднеазиатских республик СССР, облаченных в немецкую форму. А спустя два месяца, когда на юге Франции высадились войска союзников, «Отряд Николя» лихим налетом захватил городок Сен-Рамбер-д’Альбон (Saint-Rambert-d’Albon). Васенин лично сорвал с ратуши немецкий флаг и сжег его. Французские бойцы отряда устроили позорное наказание женщинам, которые имели связи с немцами: облили их медом и обсыпали золой. Партизаны удерживали город в течение нескольких недель до подхода англо-американских войск, и все это время «месье Николя» исполнял обязанности коменданта. За освобождение Сен-Рамбер-д`Альбона Васенин был представлен к награде — Кресту бойца (учрежден в 1930 году для награждения тех, «кто с риском для своей жизни защищал Родину»; аналог советской медали «За отвагу») .

НА РОДИНЕ

С приходом англо-американских войск «Отряд Николя» прекратил боевые действия. В начале осени Васенина вызвали в освобожденный Париж, где уже работала советская военная миссия. Там ему наконец выдали советскую форму с лейтенантскими погонами и назначили начальником военно-учетного стола. В январе 1945 года перевели в Марсель на должность начальника штаба полка по организации и отправке советских граждан на родину.

Мысли о доме теперь не покидали его. В начале апреля Николай Максимович не выдержал и написал рапорт об отправке в СССР. Знал, конечно, что все бывшие военнопленные проходят жесткую проверку в НКВД, но надеялся на свои боевые заслуги. Верность Родине хотел подтвердить на намечавшейся войне с японцами. Ходатайство его было удовлетворено, и уже 20 апреля сухогруз доставил его вместе с другими репатриированными в Одессу.

Перед выходом на берег лейтенант Васенин с гордостью надел мундир с Крестом бойца. Однако Родина встретила своих сыновей неприветливо. Офицер НКВД перед строем репатриантов сорвал с груди Васенина «буржуазную» награду и швырнул ее в море. Еще и пошутил мерзко: «Лучше бы ты проститутку с собой привез, чем медаль». И хотя ничего компрометирующего в биографии Васенина проверяющие не нашли, военный трибунал приговорил «изменника Родины» к 15 годам ссылки. Мало ли, чего он там нахватался за границей...

До 1960-х годов Васенин работал на угольных и оловянных шахтах в Читинской области (поселок Букачачу). Как сказано в документах, «находился в принудительной командировке». Жизнь ссыльного была не сахар: «Все время оборванный, голодный, урвать бы кусок покушать — хоть у собаки…». Смерть Сталина принесла некоторое послабление в содержании — Васенину разрешили жить в поселке и выезжать на небольшие расстояния.

Тогда-то Николай Максимович обрел семейное счастье. Его избранницу — обладательницу темных витых волос — звали Зина (Зинаида Васильевна). В 1944 году после окончания техникума она по воле сердца отправилась в Забайкалье, где с тех пор работала геологоразведчицей. Васенин покорил ее сердце своим пением. «Ехали верхом на лошадях с прииска в трест, — вспоминала Зинаида Васильевна, — он по дороге запел. Ой, какой у него голос был! Потом пригласил в кино раз, другой... Там, в Читинской области, у нас и трое детей народились».

В последние годы ссылки Васенин занимал высокий и ответственный пост начальника электростанции. Тем не менее, по окончании срока ссылки жена уговорила его переехать на Урал, в ее родной город Березовский. Клеймо изменника родины окончательно было снято с Николая Максимовича только в середине 1980-х годов, с началом «перестройки». В 2005 году власти Французской республики наградили его Орденом Почетного Легиона — единственного из всех русских участников французского Сопротивления.

СЕРДЕЧНАЯ ТАЙНА

Рассказы о Франции были для близких Николая Максимовича семейной легендой. Говорил он всегда о товарищах из отряда, изредка припоминал и свои подвиги.

Но в 2007 году, после смерти Зинаиды Васильевны, дети Николая Максимовича услышали историю, о которой их отец никогда прежде не упоминал — берег чувства жены.

Жанна Моно. Дочь капитана Жоржа Моно — вот о ком бережно хранил память все эти годы Васенин. Они познакомились в доме капитана, где весной 1944 года одна из комнат была отведена раненому Николя Бутье. Жанна ухаживала за ним. У нее были темные вьющиеся волосы, как у Зины, а вот цвет глаз Николай Максимович за давностью лет вспомнить уже не мог...

«Она поливала мою рану перекисью, та пенилась, закипала — и так же закипала наша любовь… Она лила-лила, а потом целовала, потом снова лила…».

Когда капитана Моно не было дома, влюбленные перебирались в комнату Жанны. Она играла на пианино Шопена, он — читал ей наизусть из «Евгения Онегина».

О том, чтобы открыться ее отцу, не было и речи. Николай Максимович, крестьянский сын, отлично понимал, что такое мезальянс. Даже спустя десятки лет он говорил журналистам: «Подумайте сами: оборванец, единственное, что было, — винтовка да рваные штаны, сшитые из одеяла, и дочь самого капитана Моно! Люди бы просто подняли на смех!»

Попросить ее руки он отважился только в Париже, когда надел советскую офицерскую форму. Моно отказал без объяснения причин.

НЕСОСТОЯВШАЯСЯ ВСТРЕЧА

После смерти Зины Николай Максимович сильно сдал, махнул на себя рукой... К жизни его вернули слова друга, Валерия Лобанова, владельца турфирмы: «Договоримся так: я нахожу тебе Жанну, а ты начинаешь лечиться».
Отныне все его мысли были о предстоящей встрече. Однажды, во дворе дома, он увидел женщину — она показалась ему вылитой Жанной. Едва сдержался, чтобы не окликнуть ее.

Стараниями СМИ история ветерана из Березовского стала достоянием общественности. К поискам Жанны подключились десятки волонтеров. Но дело сдвинулось с мертвой точки лишь после того, как глава Свердловской области Евгений Куйвашев познакомил с собранными архивными материалами о Васенине французского журналиста, сотрудника радио «Голос России» Лорана Браяра (Laurent Brayard).

Браяр перенес расследование на территорию Франции. Весной 2013 года он посетил Сен-Сорлин и при помощи местной Ассоциации ветеранов вышел на след Жанны. Оказалось, что после отъезда Васенина в СССР она родила сына Пьера. Отцом его считается французский повстанец Брюне, погибший в 1944 году, до рождения ребенка. «Но мне показалось, — делился своими впечатлениями Браяр, — что это сын Васенина, очень на него похож» . По окончании войны Жанна вышла замуж за погибшего брата Брюне по имени Робер, который тоже воевал в отряде Сопротивления.

Что касается боевых товарищей Васенина из отряда капитана Моне, то к моменту приезда Браяра в живых оставался единственный из них — Марсель Марс. Однако и он скончался 17 марта 2013 года, как раз в те дни, когда Браяр пытался связаться с ним.

Жестокая судьба словно говорила всем участникам этой истории: «Слишком поздно». Ни Жанны Моно, ни Жанны Брюне уже давно не существовало — она лежала в пансионате для престарелых, разбитая болезнью Альцгеймера, и не узнавала даже собственного сына. Весной 2014 года ее не стало.

Попытка воскресить прошлое привела в тупик. И все же Николай Максимович нашел в себе силы на поездку тем же летом по местам боевой славы. В Сен-Сорлин его встретили как героя — были торжественные речи, историческая реконструкция боя макизаров с немцами, присвоение звания почетного гражданина. И свежая могила на сельском кладбище...

Николай Максимович на могиле Жанны Моно. Сен-Сорлин. Лето 2014 года.

На родину он возвращался через Париж, как и тогда — в победном 1945-м.

«Увидеть Париж и умереть» — на этот раз знаменитая поговорка оправдалась. Николай Максимович Васенин умер 7 декабря 2014 года. Возможно, счастливым.

Оригинал публикации:
Сергей Цветков . Николай Васенин — русский герой французского Сопротивления // Ежегодный доклад франко-российского аналитического центра Обсерво