ГЛИНСКАЯ, ЕЛЕНА ВАСИЛЬЕВНА (? – 1538) – вторая жена русского царя и великого князя московского Василия III Ивановича, правительница России (на правах регентства) 1533–1538.

Племянница литовского магната Михаила Львовича Глинского, дочь литовского князя Василия Львовича Глинского-Слепого и княгини Анны, Елена была выдана замуж за 45-летнего царя Василия III после его развода в ноябре 1525 с якобы бесплодной первой женой Соломонией из древнего рода Сабуровых. По сравнению с Соломонией, слыла в глазах московских бояр «безродной». Выбор царя считали неудачным еще и потому, что дядя Елены сидел в это время в русской тюрьме за измену (попытку сдать Литве Смоленск, когда посчитал, что царь недостаточно наградил его). Однако Елена была красива и молода (царь выбрал «лепоты ради ея лица и благообразия возраста, наипаче же целомудрия ради»), воспитана по-европейски: источники сохранили известия о том, что царь, желая понравиться жене, «налагал бритву на бороду», сменил традиционное московское одеяние на модный польский кунтуш и стал носить красные сафьяновые сапоги с загнутыми вверх носками. Все это виделось современникам нарушением вековых русских традиций; в нарушениях винили новую жену царя.

Женитьба Елены и Василия III была затеяна с одной целью: чтобы новая жена могла родить наследника, которому следовало передать московский «стол». Однако детей у Елены и Василия долго не было. Современники объясняли это тем, что царь «был обременен гнусным пороком своего отца и…испытывал отвращение к женщинам, соответственно на другой [пол] перенося свое сладострастие». Долгожданный ребенок – будущий Иван Грозный – родился только 25 августа 1530. В честь того, что Елена оказалась способной родить наследника, Василий III повелел заложить в селе Коломенском под Москвой церковь Вознесения. В ноябре 1531 Елена родила второго сына – Юрия, болезненного, слабоумного (по словам А.М.Курбского , он был «без ума, без памяти и бессловесен», то есть глухонемой). В городе ходили слухи, что оба ребенка – дети не царя и великого князя, но «сердешного друга» Елены – князя Ивана Федоровича Овчины-Телепнева-Оболенского .

В 1533 Василий III умер. Последней его волей была передача престола сыну, а «жене Олене с боярским советом» он приказал «держать государство под сыном» Иваном до его возмужания. Реальная власть в государстве оказалась в руках Глинской как регентши. Крутой нрав и честолюбие помогли ей отстоять свои позиции, несмотря на несколько боярских заговоров, ставивших целью ее свержение. В годы ее правления значительную роль в государственных делах продолжал играть ее фаворит – кн. И.Ф.Овчина-Телепнев-Оболенский и митрополит Даниил (ученик Иосифа Волоцкого , борец с нестяжателями), санкционировавший развод Василия III с бездетной Соломонией Сабуровой.

Внешняя политика Глинской как регентши была твердой и последовательной. В 1534 литовский король Сигизмунд начал войну против России, напал на Смоленск, но проиграл. По перемирию 1536–1537 за Москвой закрепились Черниговские и Стародубские земли, правда, Гомель и Любеч остались за Литвой. В 1537 Россия заключила договор со Швецией о свободной торговле и благожелательном нейтралитете. В годы правления Глинской велась успешная борьба против роста монастырского землевладения, немало было сделано для усиления централизации власти: в декабре 1533 был ликвидирован удел дмитровского князя Юрия Ивановича, в 1537 – старицкий удел князя Андрея Ивановича, раскрыты заговоры князей Андрея Шуйского и дяди правительницы Михаила Глинского, претендовавших на первые места в государственном управлении.

При Глинской в Москве шло активное строительство, в мае 1535 был возведен каменный Китай-город (архитектор Петр Фрязин). В богатую Московию начался приток эмигрантов из других стран.

С 1536 по приказу Глинской начали отстраивать и укреплять города Владимир, Тверь, Ярославль, Вологда, Кострома, Пронск, Балахна, Стародуб, позднее – Любим и города на западных границах (защита от литовских войск), южных (от крымских татар) и восточных (от казанских татар: в частности, заложены города Темников и Буйгород).

Одним из самых значительных событий в экономическом и политическом развитии Русского государства стала денежная реформа 1535 года, по которой ликвидировались права удельных князей на чеканку собственной монеты. Реформа привела к унификации денежного обращения в стране, так как вводила единую для всего государства монетную систему. В ее основу был положен серебряный рубль, равный 100 копейкам. Основной же и самой распространенной денежной единицей Московской Руси стала при Елене Глинской именно «копейка» – монета с изображением всадника (по одним данным – Георгия Победоносца, по другим – великого князя, но не с мечом, как ранее, а с копьем, отсюда и название монеты). Денежная реформа Глинской завершила политическое объединение русских земель и во многом способствовала их более интенсивному развитию, так как способствовала оживлению экономики.

Началась и реорганизация местного самоуправления («губная реформа»): Елена распорядилась изымать дела из ведения наместников и передавать губным старостам и «излюбленным головам», подчиненным Боярской думе, поскольку наместники, как ей докладывали, были «свирепы, аки львове». Это во многом предвосхитило будущие реформы сына Глинской – Ивана Грозного.

В ночь с 3 на 4 апреля 1538 Елена Глинская скоропостижно скончалась (по некоторым данным, ей было всего тридцать лет, однако точная дата рождения неизвестна, поэтому неизвестен и ее возраст). Летописи не упоминают о ее смерти. Иностранные путешественники (например, С.Герберштейн) оставили сообщения, что она была отравлена, а ее фаворит И.Ф.Овчина Телепнев-Оболенский был сразу после ее смерти убит. Второй сын Елены – Юрий – был заточен в темницу и уморен. В России начался период боярской олигархии – 1538–1547 – при малолетнем царе Иване IV Васильевиче .

В современной историографии оценки регентства Елены неоднозначны. Одни историки называют ее самостоятельной, независимой правительницей, другие – полагают, что она была безвольна, а страной управляли за ее спиной бояре.

Наталья Пушкарева

Правление Елены Глинской (кратко)

В 1526 году Елену Глинскую, род которой происходит по некоторым данным от легендарного Мамая, выбирают на роль жены великого князя Василия Третьего, которому пришлось развестись с первой женой из-за того, что та не могла родить ребёнка. Глинская родила Василию Третьему двоих сыновей – Юрия и Ивана. В 1533 году князь скончался, а Елене предстояло воплотить в жизнь сложный, но необходимый план.

Таким образом, в 1533 году Елена Васильевна Глинская фактически совершает дворцовый переворот в результате которого ей удаётся отстранить от власти так называемых регентов, опекунов, которые были назначены Василием Третьим. При этом, княжна не жалела никого и под её руку попался не только деверь, но и собственный дядя.

Благодаря удачному воплощению задуманного княжна Елена смогла стать первой правительницей русской земли после великой и мудрой княгини Ольги (также стоит упомянуть и Софью Витовну, власть которой была более формальной, чем реальной).

Вначале, как женщина литовского воспитания и нравов, отношение к правительнице было неоднозначным ни и у народных масс и у бояр. Самым близким её союзником считался её женатый фаворит Иван Телепнев-Оболенский. Именно данная связь Елены и её слегка заносчивый нрав вызывали крайнее недовольство бояр. За выражение подобных мыслей вслух дядя Елены Михаил был посажен на долгие годы племянницей в тюрьму, где скончался в муках от голода.

В 1537 году Глинской удаётся заключить мирный договор с Сигизмундом Первым, который являлся в то время королём Польши. Благодаря данному документу Россия не только смогла завершить на выгодных условиях русско-литовскую войну, но сформировала прочный союз двух государств, нацеленный на отпор их противникам. Кроме этого, в период правления Глинской была возведена Китайгородская стена, а также укреплены многие другие крупные города.

Однако, самым важным моментом в истории правления княжны Елены Глинской историки считают проведение ею финансовой или же денежной реформы, которая была начата в 1535 году. Данная реформа фактически ввела единую валюту на всей русской территории. Это была серебряная монета, имеющая вес 0,34 грамма.

Княжна скончалась четвёртого апреля 1538 года. Большинство исследователей считают, что Елену отравил Шуйский. На это указывают и данные исследования останков Глинской, анализы которых свидетельствуют о наличии в теле яда.

Елена Глинская
Реконструкция по черепу, С. Никитин, 1999 г .

Елену Глинскую редко упоминают в и без того недолгом ряду женщин-правительниц России. А между тем она немало сделала для укрепления централизованного государства в пору смут, придворных интриг и мятежей.

Глинские вели свой род от «казака Мамая» — потомка того самого хана Мамая, с которым Дмитрий Донской бился на Куликовом поле. Перейдя на службу к великому князю литовскому, он принял православие и за какие-то заслуги, вероятно немаловажные, был пожалован в князья Глинские. В XVI веке род Глинских уступал по значению только Рюриковичам и Гедиминовичам.

Дядя Елены Васильевны, князь Михаил Львович Глинский, был одним из знатнейших и известнейших литовских вельмож (чего нельзя сказать об ее отце, Василии Львовиче Глинском, фигуре совершенно бесцветной и достойной упоминания лишь в качестве отца знаменитой дочери). Михаил Львович вырос «у немцев» — в Германии и Италии, был воспитан в европейских обычаях и долгое время служил у саксонского курфюрста; в Германии и Литве он пользовался громкой славой за свои военные подвиги. Будучи на службе у польского короля Сигизмунда-Августа, Михаил Львович поссорился с паном Яном Заберезским и требовал королевского суда над своим врагом. Но король не торопился: влияние Глинского в Литве было так велико, что Сигизмунд опасался, как бы он не овладел всем Литовским княжеством; поэтому король явно склонялся в споре двух панов на сторону Заберезского. Тогда Глинский напал на Заберезского в его усадьбе, отрубил ему голову, совершил набеги на владения других враждебных ему панов и перебил их. Затем Глинский поднял открытый мятеж, начал собирать войско и вступил в союз с крымским ханом Менгли-Гиреем и молдавским господарем.

В Москве обрадовались такому повороту событий и пригласили Глинского перейти на службу к московскому государю, суля великую милость и жалованье ему и всем его родным и приверженцам. В 1508 году Михаил Львович выехал в Московское государство. С собой он взял Василия Львовича и его многочисленную семью, которой покровительствовал. В Москве Михаил Львович не ужился. Вначале его приняли с распростертыми объятиями, наделили селами в московской земле и двумя городами — Ярославлем и Медынью, а потом на долгие годы заточили в темницу по подозрению, что он хочет «отъехать» назад в Литву.

Елена родилась в Москве или была привезена сюда в младенчестве (год ее рождения неизвестен, но, во всяком случае, к 1526 году, когда она вышла замуж за Василия III, ей вряд ли было больше восемнадцати лет: перезрелая девица не могла рассчитывать на такой брак). Россия сделалась ее родиной, русский язык — ее языком, однако культурные традиции в ее семье были не московские.

Венчание Василия III Иоанновича и Елены Глинской. Фрагмент миниатюры Лицевого летописного свода. XVI в.

Почему выбор Василия остановился именно на Елене, сказать с точностью нельзя. Для ближайшего окружения государя это была приемлемая кандидатура, ибо Глинские не успели пустить корни в российской почве и не были связаны с удельными князьями Юрием Дмитровским и Андреем Старицкий и родовитым боярством. Елена могла быть креатурой советников великого князя. Однако Василий женился на ней не только из династических соображений: весьма вероятно, что он влюбился в нее. В связи с этим обращает на себя внимание необычный для нравов того времени поступок Василия: после женитьбы он сбрил бороду, оставив себе по польской моде одни усы. Это был вызов не только бытовым, но и религиозным обычаям. Брадобритие приравнивалось ревнителями старины к еретичеству, к посягательству на образ Божий в человеке. В одном из современных благочестивых сочинений говорилось: «Смотрите, вот икона страшного пришествия Христова: все праведники одесную Христа стоят с бородами, а ошуюю бусурманы и еретики, обритые с одними только усами, как у котов и псов. Один козел сам себя лишил жизни, когда ему в поругание обрезали бороду. Вот, неразумное животное умеет свои волосы беречь лучше безумных брадобрейцев!»

Мода, однако, брала свое, и в Москве появилось много записных щеголей, которые не только брили бороды, но и выщипывали себе волосы на лице, чтобы выглядеть более женоподобными; для этой же цели они обувались в расшитые шелком красные сапоги, до того узкие, что ноги в них болели, пришивали к кафтанам драгоценные пуговицы, вешали на шею ожерелья, унизывали пальцы перстнями, мазались благовониями и, подражая женским манерам, ходили короткими шажками, подмигивали при разговоре. Один летописец неуклюже оправдывает вызывающий поступок Василия: «Царям подобает обновлятися и украшатеся всячески». Однако с чего бы это вдруг Василий на старости лет заделался щеголем? Его действия уж очень походят на желание до беспамятства влюбленного пожилого мужчины угодить молодой жене.

Василий III вводит во дворец невесту свою, Елену Глинскую. Худ. К. Лебедев

Свадьба была сыграна всего через четыре месяца после развода Василия III с первой супругой, Соломонией Сабуровой, насильно постриженной в монахини (официальной причиной развода было бесплодие великокняжеской четы). На другой день после свадьбы Василий ходил в мыльню. Для сопровождения государя были наряжены знатные особы, и в их числе молодой Иван Телепнев-Оболенский, который должен был «колпак держать, с князем в мыльне мыться и у постели с князем спать». Присутствие в свадебном чине этого человека стоит отметить, потому что в самом скором времени ему предстояло занять видное место возле Елены.

Женитьба Василия на Елене не сразу сказалась на судьбе князя Михаила Львовича Глинского. Его заточение продолжалось еще некоторое время, и только по усиленным просьбам жены Василий выпустил строптивого князя на свободу. Зато теперь на прошлое князя Глинского были закрыты глаза, и он занял место среди ближайшего окружения государя.

Василий постарался освятить новый брак молитвой о чадородии. Через месяц после свадьбы, при назначении в Новгород архиепископом своего любимца архимандрита Можайского монастыря Макария, он поручил ему, как приедет в паству, «в октеньях молити Бога и Пречистую Богоматерь и чудотворцев о себе и своей княгине Елене, чтобы Господь Бог дал им плод чрева их». Подобные молитвы читались не только в Новгороде, но и во всех русских церквах.

В конце 1526 года великокняжеская чета совершила богомольный поход в Тихвин к иконе Тихвинской Богоматери, где приехавший туда же архиепископ Макарий три дня и три ночи молился «о здравии и о спасении (государя. — С. Ц.) и чтобы ему Господь Бог даровал плод чрева...». С подобной же молитвой Василий посетил монастыри в Переяславле, Ростове, Ярославле, Спасов-Каменный монастырь на Кубенском озере, Кирилле-Белозерскую обитель, всюду устраивая братии «велие утешение» и раздавая милостыню нищим; из монастырей доставляли ему и его жене освященный хлеб и квас. Однако все было напрасно — великая княгиня Елена никак не могла почувствовать блаженную тяжесть во чреве...

На четвертом году супружества Василий с женой с особой верой прибегли к заступничеству преподобного Пафнутия Боровского. В Переяславле в то время строил монастырь преподобный Даниил, ученик Пафнутия Боровского. Василий посетил святого старца и пожертвовал на каменную церковь во имя Святой Троицы, прося преподобного молиться о даровании ему чада. И — о чудо! — Господь наконец внял стенаниям супругов и «разверзе союз неплодства их». 25 августа 1530 года на свет появился наследник Иван Васильевич — молитвенный плод. Вмешательство небесных сил для части современников было несомненно. Еще в 1584 году Рязанский епископ Леонид свидетельствовал перед царем Федором Ивановичем, сыном Грозного, как о деле хорошо известном, что «по прошению и по молению преподобного Пафнутия чудотворца дал Бог наследника царству и многожеланного сына отцу».

Первенец Василия был крещен в Троице-Сергиевом монастыре игуменом Иоасафом Скрипицыным, у мощей преподобного Сергия. Здесь игумен Даниил Переяславский держал младенца на своих руках во время литургии и носил его к причастию... Ребенок был наречен именем Иоанн, «еже есть Усекновение Честныя Главы», как сказано в летописи (то есть в честь Иоанна Крестителя). В этом была какая-то жуткая символика — сколько голов было обречено к «усекновению» носителем имени великого христианского мученика! В мамки маленькому князю была выбрана Аграфена Челяднина, сестра князя Ивана Федоровича Телепнева-Оболенского.

Великий князь проявлял самую нежную заботливость о здоровье сына. Отлучаясь из Москвы для ежегодных объездов владений, он обменивался с Еленой записками и впадал в страшное беспокойство по поводу малейших признаков недомогания у новорожденного. Вот появилось у младенца под затылком «место высоко да крепко» — «веред» (то есть нарыв, чирий), и Василий пеняет жене: «Говоришь ты, что у сына на шее показался веред. Ты мне прежде об этом зачем не писала? И ты бы мне теперь дала знать, как Ивана сына Бог милует, и что у него такое на шее явилось, и как явилось, и давно ли, и лучше ли теперь? Да поговори с княгинями и боярами, что это такое у Ивана сына явилось, и бывает ли это у детей малых? Если бывает, то от чего бывает: с роду или от чего иного? Ты б и впредь о своем здоровье и о здоровье сына Ивана не держала меня без вести. Да и о кушанье сына вперед ко мне отписывай: что Иван сын покушает, чтоб мне было ведомо».

Подобными записками и исчерпываются все наши знания о «сыне Иване» вплоть до самой смерти его отца.

А спустя пять недель Василий умер (от заражения крови).

После его смерти в Кремле сложилась соблазнительная для многих ситуация. Впервые на московский престол воссел малолетка, опекаемый чужестранкой, дочерью литовского изменника, — какой отличный повод для игры честолюбий!

Прекрасно сознавая шаткость своего положения, Елена прежде всего позаботилась о том, чтобы права ее сына были закреплены публичной церемонией. В псковской летописи сохранился рассказ об официальном поставлении малолетнего Ивана на великое княжение. В Успенском соборе собрались митрополит Даниил со всем причтом церковным, князья, бояре и простые москвичи. Благословив Ивана крестом, митрополит сказал:
— Бог благословляет тебя, государь, великий князь Иван Васильевич, Владимирский, Московский, Новгородский, Псковский, Тверской, Югорский, Пермский, Болгарский, Смоленский и иных многих земель царь и государь всея Руси! Добре здоров будь на великом княжении, на столе отца своего!

Присутствующие пропели многолетие и стали подходить к новому государю с подарками. По городам разослали гонцов с приказом воеводам приводить людей к присяге великому князю Ивану Васильевичу.

Со стороны законности власть нового правительства была как будто обеспечена. Но Елене не на кого было опереться: ее родственники и близкие люди являлись скорее ее врагами и соперниками, чем помощниками. На любовь и расположение Василиевых братьев, которым она с сыном загораживала дорогу к великокняжескому престолу, надеяться было нечего; учрежденный еще при жизни Василия опекунский совет стремился править именем малолетнего государя помимо ее воли; а ее дядя, князь Михаил Глинский, был не такой человек, чтобы делить власть с кем бы то ни было.

Молодая правительница нуждалась в надежном мужском плече. И вот рядом с ней появился князь Иван Федорович Телепнев-Оболенский. Было ли его внезапное возвышение следствием давней связи с Еленой, или они сблизились только после смерти Василия, при посредничестве мамки Ивана и сестры Оболенского Аграфены Челядниной, об этом можно только гадать. Елена и Оболенский сразу появляются на исторической сцене, как бы спаянные общей судьбой, — такими они и покидают ее... Им было дано слишком мало времени, чтобы тайна их союза могла раскрыться, вольно или невольно; они не успели ясно заявить о своих притязаниях.

Как бы то ни было, крамола после смерти Василия обнаружилась быстро. Столь же незамедлительно последовал разящий ответ.

Елене донесли, что удельный князь Юрий Дмитровский присылал своего дьяка Третьяка Тишкова к московским боярам и князю Андрею Шуйскому — звать их к себе на службу. Шуйский попрекнул Тишкова, сославшись на присягу, которую давал князь Юрий, на что дьяк заявил: «Князя Юрия бояре неволей привели к целованию: так что это за целование?» Шуйский передал эти слова Елене и опекунскому совету. Юрий был схвачен, посажен в тюрьму, где спустя два года и умер, вероятно уморенный голодом и тяжелыми условиями содержания.

Следующей жертвой властолюбия Елены пал князь Михаил Глинский. Крепко обманувшись в своих надеждах управлять племянницей, он начал открыто укорять ее в беззаконном и бессовестном сожительстве с Оболенским. В ответ рассерженная Елена упрятала своего знаменитого дядю в темницу. Сигизмунд Герберштейн передает, что его обвинили в отравлении Василия, подобно тому как. в Литве его обвиняли в намерении отравить великого князя Александра. Если это известие верно, то Елена со своим любимцем предстают перед нами людьми весьма неразборчивыми в средствах. Вместе с Глинским пали другие члены опекунского совета — князья Иван Федорович Бельский и Иван Михайлович Воротынский: их также заключили в тюрьму. Князь Семен Бельский и Иван Ляцкий, родственник Захарьиных, подались в Литву от греха подальше. Шуйские уцелели, за исключением князя Андрея Михайловича, которому не пошел впрок донос на князя Юрия, — он тоже очутился в темнице.

Другой брат Василия, князь Андрей Старицкий, не замешанный в деле князя Юрия, некоторое время спокойно жил в Москве. Собравшись затем к себе в Старицу, он в нарушение присяги стал выпрашивать на дорожку еще городов в удел. Ему резко отказали и только дали в память о покойном брате и государе дорогие шубы, кубки и коней. Андрей уехал, не скрывая неудовольствия. Тогда одни доброхоты шепнули Елене и Оболенскому о неудовольствии удельного князя, другие предупредили Андрея, что его хотят схватить.

Елена стала звать Андрея обратно в Москву, стараясь успокоить его: «Не слушай лихих людей и стой крепко на своей правде. А у нас на сердце ничего против тебя нет». Но Андрей, видя участь князя Юрия, не доверял ласковым речам и в Москву не ехал. Тогда появился новый донос, что он хочет убежать в Литву. Обеспокоенная Елена повторила свое предложение приехать, под предлогом открывшейся тогда войны с Казанью. Андрей ответил, что болен, и попросил прислать лекаря. Елена направила к нему доктора Феофила, который, возвратясь, донес, что у Андрея болезнь легкая — болячка на ляжке, а он лежит между тем в постели. Поведение Андрея усилило подозрительность Елены. Последовало новое приглашение в Москву — и опять пришел отказ. Наконец Елена потребовала от Андрея быть на Москве непременно. Андрей ответил письмом на имя Ивана, от чьего лица вершились все дела: «Ты, государь, приказал к нам, чтобы нам непременно у тебя быть, как ни есть. Нам, государь, скорбь и кручина большая, что ты не веришь нашей болезни... А прежде, государь, того не бывало, чтоб нас к вам, государям, на носилках волочили. И я, от болезни и от беды, с кручины отбыл ума и мысли». Что было у него на уме, смотрел ли он в сторону Литвы, неизвестно. Но вдруг он узнал, что его гонец с письмом схвачен по дороге, а князь Оболенский выехал в поле со многими людьми, чтобы перекрыть ему дорогу в Литву. Андрей в страхе побежал с женой и детьми в Новгород. Отсюда он разослал грамоты к новгородским помещикам, приглашая их к себе на службу: «Великий князь мал, а государство держат бояре: у кого же вам служить? Приходите ко мне — я готов вас жаловать». Многие дворяне и дети боярские подались к нему. В самом Новгороде архиепископ Макарий и наместники удержали народ от бунта.

Войско князя Оболенского преследовало беглого князя по пятам и настигло недалеко от Новгорода. Противники встали друг против друга. Андрей не решался начать битву, ибо не был уверен в своем войске (накануне его караулы поймали сына боярского, пытавшегося переметнуться к Оболенскому; на пытке он назвал такое множество сочувствующих ему людей среди воинства Андрея, что князь предпочел оставить дальнейший розыск). Он обратился к Оболенскому, прося правды. Фаворит именем Елены обещал ему прощение, если он поедет в Москву. Андрей поверил и сложил оружие. Но Елена не проявила благородства. Скорее всего, между ней и Оболенским уже существовало соглашение на этот случай. Она возмущенно заявила, что не давала никаких обещаний. На Оболенского для виду был положен государев гнев. Андрея же бросили в тюрьму, чтобы впредь такой смуты не было, а то многие московские людишки от того поколебались, — правительство Елены, как видно, не имело большой поддержки в народе. Вместе с князем были заточены его жена Евдокия и сын Владимир — их мытарства начались задолго до того, как им пришлось иметь дело с Грозным.

Внутренние усобицы перемежались с внешними войнами. Три года повоевали с Польшей и Литвой, опустошили литовские пограничные земли, сами потерпели немало и заключили перемирие на пять лет. На востоке пришлось отбиваться от казанцев, которые пограбили Костромской уезд. Собрались было и сами в гости наведаться, но тут крымский хан пригрозил: коль пойдет московский князь на Казань войною, то пусть его, хана, на Москве смотрит. Пришлось отвечать, что великий князь мира хочет. Шестилетний Иван впервые принял иностранных послов — казанцев.

Дела управления шли обычным чередом — не хуже и не лучше, чем всегда. В Москве Китай-город был обнесен рвом и каменной стеной с четырьмя башнями. На границах появились новые крепости - Мокшан, Буйгород, Балахна, Пронск; Владимир, Ярославль, Тверь, Кострома, Вологда были укреплены заново. Приняты и испомещены в разных русских землях беженцы из Литвы — триста семей. Для борьбы с порчей монеты велели поддельщикам и обрезчикам лить в рот олово и отрубать руки и выпустили в обращение новую монету, на которой великий князь был изображен не с мечом, как прежде, а с копьем, — копейку.

Казалось, жизнь улыбалась Елене — внутренние враги были повержены, внешние не особенно досаждали... И вдруг 3 апреля 1538 года, во втором часу дня, она скоропостижно скончалась. Летописи ни словом не упоминают о ее предварительной болезни; Герберштейн утверждает, что великая княгиня была отравлена боярами. В тот же день ее погребли в Вознесенском девичьем монастыре, где находилась усыпальница царских особ женского пола. В летописи не упомянуто даже, чтобы митрополит совершил над ней отпевание. Народ и бояре не выказали ни малейшей скорби. Плакали и горевали по умершей только малютка Иван да князь Оболенский.

Прошла с ее смерти всего неделя, и «боярским советом князя Василия Шуйского и брата его князя Ивана и иных единомысленных им» князь Оболенский был взят — «и посадиша его в палате за дворцом у конюшни и умориша его гладом и тягостию железной».

Страна надолго перешла в руки боярских группировок, усмирять своеволие которых Ивану Васильевичу впоследствии пришлось «железом и кровью»

Первой супругой Василия III стала Соломония Сабурова. Ее выбирали из 500 девушек, представленных ко двору из разных уголков страны. Соломония выиграла этот «конкурс красоты». За 20 лет брака наследник так и не родился. Василий III принял решение о , заручившись поддержкой боярской думы. Жену он сослал в монастырь. Здесь женщина провела 17 лет. Патриарх Иерусалимский, как и другие представители духовенства, осудил развод великого князя и предсказал рождение во втором браке ребенка, о жестокости которого будет говорить весь мир.

Свадьба. (wikipedia.org)

Следующей избранницей государя стала дочь литовского князя Елена Глинская. В браке родились двое детей — Иван и Юрий. 3 декабря 1533 года Василий III скончался. Елена стала правительницей России на правах регентши при , отстранив от престола своих опекунов.

Правление Елены Глинской

Ее правление ознаменовалось успехами на международной арене — так, был заключен договор со Швецией о свободной торговле. Еще одной победой стал мир с польским королем Сигизмундом I, положивший конец Стародубской войне. Литва затеяла эту войну, надеясь вернуться к границам 1508 года. Наступление закончилось неудачей. В соответствии с договором от 1537 года, в составе Русского государства оставались Заволочье, Велиж и Себеж.

Василий III. (wikipedia.org)

Несмотря на дипломатические успехи, Елена Глинская так и не наладила взаимоотношения с боярами. Своенравную княгиню несколько раз пытались свергнуть. Формально поводом для недовольства была ее связь с женатым мужчиной, которую Елена перестала скрывать сразу после смерти супруга.

Реформы Елены Глинской

Великая княгиня Московская провела денежную реформу. В каждом из княжеств был свой монетный двор, и это затрудняло торговлю с соседями. Фальшивомонетчики пользовались ситуацией и отлично зарабатывали. Теперь же была введена единая система денежного обращения, что имело большое значение для развития внешней торговли.

При Глинской растут русские города. Были восстановлены Ярославль и Устюг, возникли новые населенные пункты на границе с Литвой. В Москве заложен Китай-город.

В апреле 1538-го Елена Глинская скончалась. В ходе исследования ее останков удалось выяснить, что причиной смерти стало отравление ртутью. Впрочем, неясно, отравили ли великую княгиню Московскую недруги — в XVI веке ртуть использовали для лечения различных заболеваний, она могла поступать в организм в маленьких дозах на протяжении длительного времени. Спустя неделю после смерти Глинской был схвачен ее фаворит Иван Телепнев-Овчина-Оболенский. Он скончался в тюрьме от недоедания.

Елена Глинская была второй супругой Василия III и матерью Ивана Грозного. После смерти мужа, из-за малолетства сына она исполняла функции регента и фактически (в 1533 - 1538 гг.) правила Россией при содействии Боярской думы. На этот период пришлась война с Литвой и важнейшая внутренняя денежная реформа, благотворно сказавшаяся на экономическом развитии страны.

Брак с Василием III

Родившаяся в 1508 году Елена Глинская принадлежала к княжескому роду. Ее родственники бежали из Литвы в Россию. До того Глинские владели землями и городами в Левобережной Украине.

Елена вошла в историю как вторая жена Великого князя Московского Василия III. Семейная жизнь этого правителя была драматичной. Его первый брак с Соломонией Сабуровой оказался неудачным. По непонятным причинам жена не могла забеременеть и даровать государю наследника. Василий не хотел династических проблем и решил заключить второй брак. Соломония была отправлена в монастырь. Князь же женился на Елене - девушке из именитого рода Глинских.

Рождение Ивана Грозного

Многие приближенные Василия и особенно деятели церкви не одобрили незаконного развода и новой свадьбы. Религиозные люди обвиняли государя в блуде. Некоторые были подвергнуты репрессиям. Вскоре после свадьбы, в 1530 году, мать Ивана Грозного родила ребенка. Интересно, что много лет спустя, когда наследник стал кровожадным тираном, монахи и философы вновь вспомнили о незаконности брака. Об этом же говорил беглый князь-диссидент Андрей Курбский: Иван был зачат через нарушение небесного закона, что и послужило причиной его невероятной жестокости.

Однако, ни Василий, ни его вторая супруга не дожили до тех мрачных времен. Их совместная жизнь была не долгой, но вполне счастливой. Интересно, что Глинские считали себя потомками Мамая, разбитого Дмитрием Донским на Куликовом поле. Наверняка Василий знал об этом, выбирая себе супругу. Получалось, что его дети должны были стать потомками как Мамая, так и Донского. Более того, мать Ивана Грозного родила не одного мальчика, а двух. Вторым стал, Юрий (1532 - 1563). Правда этот ребенок с самых ранних лет проявлял признаки ментальной болезни. Фактически он был недееспособным, хотя формально и считался важной фигурой в эпоху Грозного.

Начало регентства

Великий князь Василий III скоропостижно (из-за таинственной болезни) умер в 1533 году. Его наследник, Иван, был в трехлетнем возрасте и не мог править. В этих условиях Глинская Елена Васильевна стала регентом. Последней женщиной, занимавшей руководящие посты в русском государстве, была княгиня Ольга, жившая в X веке.

Неопытностью Елены пытались воспользоваться всевозможные придворные. Известно, что в начале ее правления жертвой обвинения в измене стал дядя Ивана Грозного, князь Юрий Дмитровский. Его посадили в темницу, где он вскоре скончался. Схожую участь разделил другой брат Василия III Андрей.

Денежная реформа

Важнейшим событием регентства стала денежная реформа Елены Глинской. Она была первым централизованным преобразованием своего рода в отечественной истории. Нововведение готовил еще Василий III. Однако он преждевременно скончался, а необходимость перемен осталась, поэтому за них взялась супруга покойного, Елена Глинская.

Реформы не было бы, если бы не предшествовавшие ей события. Продолжая политику своего отца Ивана III, Василий III присоединил к Московскому княжеству Псков, Рязань, Новгород-Северский и некоторые другие города. Какие-то из них жили независимо, другие принадлежали Литве. После объединения разрозненные земли нуждались в введении общей валюты, так как до того в каждой области были свои деньги. Разница в монетах мешала торговле, а значит - развитию экономики.

Предпосылки нововведений

Еще одна проблема заключалась в том, что некоторые удельные княжества сохраняли за собой регалию (исключительное право) на чеканку денег. Все это считала пережитком прошлого Елена Глинская. Реформы не было долго, в воздухе просто витала ее необходимость. Правительство уже запаздывало. Дело в том, что именно в то время бурно развивалась торговля как с западными, так и восточными странами.

Несоответствие номиналов приводило к ошибкам в расчетах и убыткам. Более того, беспорядком пользовались фальшивомонетчики. На рынках можно было легко наткнуться на ненастоящие деньги. Преступников отследить было сложно. А если даже кого и казнили, то это никак не уменьшало количество случаев финансовых преступлений. Денежная реформа Елены Глинской была призвана перекрыть возможности для подмеси - замены благородных металлов в монетах на более дешевые, чем и пользовались мошенники по всей стране.

Оптимальное решение

Василий III вел активную внешнюю политику. Воюя с Литвой и татарами, он периодически прибегал к порче собственных денег, понижая их вес. Иными словами, когда казна испытывала затруднения, в ход при чеканке шли дешевые металлы. И хотя сама Глинская отказалась от подобной практики, последствия прежних манипуляций все еще сказывались на торговле. Перед ее правительством встала задача определить оптимальный уровень серебра в монетах, при котором стабилизируется экономика и прекратится отток из страны качественных денег.

Кроме того, игнорирование проблемы могло привести к народному бунту. Население, недовольное сумятицей в торговле и обнищаем, становилось уязвимым для вспышки мятежа. Подобное случалось в отечественной истории, правда, позже. Например, в XVII веке при царе Алексее Михайловиче произошел медный бунт. Суть денежной реформы Елены Глинской заключалась в стабилизации обращения денег.

Проведение реформы

В начале 1535 года по Москве распространился указ о необходимости замены старых денег. Историки подсчитали, что плановая девальвация при переходе составила 15% (настолько уменьшился вес новых монет, для которых был составлен единый стандарт, составивший 1/3 грамма). Появились и «полушки». Так стали называть монеты весом 1/6 грамма (они предназначались для мелких расчетов).

Присоединенные удельные княжества лишались возможности чеканить свои деньги. Некоторое исключение было сделано только для Великого Новгорода. Дело в том, что этот город играл важнейшую роль в торговли России с Европой. Купеческие связи со Старым Светом там были давними и крепкими. Чересчур резкие перемены могли помешать торговле, поэтому Новгороду разрешили чеканить особенные монеты удвоенного веса, которые активно использовались на новгородских рынках.

Умение пойти на компромисс было важно, понимала Елена Глинская. Реформы, однако, проводились решительно. Очень быстро страна избавилась от устаревших денег. Новгородские монеты (новгородки) получили новое узнаваемое изображение (всадника с копьем) из-за чего их стали называть копейками. Московские получили ярлык «сабляниц» - из-за характерных рисунков всадников с саблями.

Итоги

Ключевое значение реформ Елены Глинской заключалось в том, что новшества фактически ликвидировали прежнее деление денежного обращения внутри России на новгородское и московское. Отличия еще оставались в документах, но и они исчезли уже в XVII веке. Всему этому способствовала Елена Глинская. Реформы также сделали московскую денежную систему десятичной. К примеру, 1 рубль состоял из 100 новгородок. Считается, что Россия стала первой страной, где начали применять подобный принцип, позже появившийся и в других европейских странах.

В чем причина денежной реформы Елены Глинской? В необходимости избавиться от преград, мешающих развитию экономики. В чем их следствие? Реформы помогли не только экономике, торговле и хозяйству, но и процессу централизации. Россия, объединившись вокруг Москвы, теперь была одной страной еще и в области финансовых отношений. Больше не имело значения откуда человек - из Москвы, Рязани, Твери или любого другого города - все жители стали пользоваться одинаковыми деньгами. Также значительно активизировалась внешняя русская торговля с соседними странами.

Судьба преобразований Глинской

Все реформы периода правления Елены Глинской были проведены максимально быстро и эффективно. С одной стороны, это говорит о том, что план преобразований был составлен еще при Василии III, а с другой - о том, что супруга великого князя была в курсе дела и смогла быстро в сложной ситуации взять дело в свои руки и закончить начинание своего мужа.

Стандарты, введенные Еленой Глинской, просуществовали нетронутыми вплоть до Смутного времени. В начале XVII века на части территории России польские и шведские интервенты предпринимали собственные нововведения. Когда к власти пришли Романовы, в стране вновь царил финансовый хаос. Эти проблемы были разрешены после следующей монетной реформы Алексея Михайловича.

Внешняя политика

Во внешней политике Глинская Елена Васильевна оставалась верной курсу, заданному ее покойным мужем. Король Польши и князь Литвы Сигизмунд I, узнав о смерти Василия, стал готовиться к войне. Последний конфликт соседей закончился в 1522 году победой Москвы, к ней были присоединены многие приграничные земли, в том числе Смоленск и некоторые другие города. Сигизмунд надеялся, что Елена с Боярской думой погрязнут во внутренних смутах и не смогут сопротивляться его натиску. Он потребовал от России вернуть потерянные в последней войне земли. Ультиматум был отвергнут. Тогда началась новая война. Она шла в 1534 - 1537 гг.

Кампания продолжалась с переменным успехом. Сигизмунд не смог захватить Смоленск. Русские для обороны приграничных окрестностей построили крепость Себеж, однако так и не взяли Гомель. Поляки в новом наступлении вошли в Гомель и осадили Стародуб. После того как на рязанские земли напали крымские татары, Елене пришлось перебросить часть сил туда. Наконец противник захватил и сжег Стародуб. Властям пришлось эвакуировать жителей соседнего Почепа. Крепость была сожжена, а Сигизмунду достались лишь пепелища.

Литовцы тем временем открыли новый фронт и атаковали Себеж в современной Псковской области. Осада провалилась. Неудача позволила русской армии завладеть инициативой. Она дошла до Витебска. Так как ни одна сторона так и не смогла завладеть решающим преимуществом, в 1537 году в Москве был заключен компромиссный мир. Литва получила Гомельскую волость, за Россией сохранялись Велиж, Себеж и Заволочье.

Внезапная кончина

Вскоре после начала регентства у Елены начался роман с одним из вельмож - Иваном Телепневым. Эта связь не нравилась другим боярам и простолюдинам. Обычное население плохо относилось к регентше еще и из-за ее литовских корней. За связь с Телепневым ее критиковал дядя Михаил Глинский. Он был посажен в тюрьму и там скончался.

Сама Елена также прожила недолго. Она внезапно скончалась 4 апреля 1538 года в возрасте всего 30 лет. Княгиню похоронили в Вознесенском монастыре. Она так и не дождалась момента, когда вырастит ее сын Иван. Наследник все еще был ребенком, поэтому власть перешла к обезличенной Боярской думе. Коллективного правления не получилось. Аристократы постоянно интриговали друг против друга. Регулярные расправы еще больше испортили характер будущего Ивана Грозного.

Так закончилось правление Елены Глинской. Реформы и итоги ее регентства были положительными, но княгиня так и не добилась всеобщей народной любви, оставшись в отечественной истории почти незамеченной.